— Чухонцы! — сообщил подлетевший на взмыленной кобыле воин. — Прямо на нас сейчас выйдут!

Протащившись почти сто вёрст по лесам и болотам и никого не встретив, я даже обрадовался такой новости.

Во-первых, возможность проверить пушки — а на всех орудиях я внедрил кое-какие новшества, во-вторых, вскрытие засады. Тут как ни крути, а выходит что напоролись мы на самый настоящий «засадный полк».

Если навскидку, эти ребята должны были отрезать путь к отступлению Шереметьеву и его людям, но не случилось.

— Орудия к бою! — применив руну усиления звука, гаркнул я на весь лес, сам удивившись эффекту.

Тут же растянув подводы с пушками поперёк движения колонны, артиллеристы принялись распрягать лошадей и распределять картечь и пороховые заряды. Картечь у нас была пока не однородно металлическая, а из экономии, с камнями. Но даже так, по сравнению с первыми применениями, убойность повысилась в разы. Вес и центровка играли свою роль.

— Заряжай! — уже без «усилителя» скомандовал я.

Расчёты работали очень слаженно, и когда из леса появились чухонцы, все пушки были готовы к стрельбе.

— Не слабо… — глядя на появляющееся войско, уважительно присвистнул дядька Иван.

— Сотни три, как минимум. — оценил я, находясь в каком-то странном состоянии — предвкушения и опасения.

— Огонь открывать только по моей команде! Выстрел, и сразу перезарядка, не ждите!

Я много раз говорил своим артиллеристам что от той скорости с какой они шевелятся возле орудий, зависит как их собственная жизнь, так и исход всего сражения. Будь перед нами пехота, я бы даже не дёргался, «пешеходы» идут не быстро, и пока сделают сто метров, выстрелить можно не один раз. Здесь же все верховые, и в достаточно большом количестве, поэтому исход боя не виделся мне таким однозначным.

А чухонцы развернулись, и не останавливаясь понеслись навстречу. Ну а что, их много, нас мало. Думать особо не о чем, разгоняйся посильнее, и топчи всё что под ноги попадёт.

— Огонь! — проорал я, дождавшись когда закованная в метал лавина достигнет первой контрольной точки.

Хоть и привык уже к выстрелам, но рявкнуло так громко, что опять заложило уши.

Пять секунд… десять… пятнадцать…

— Огонь!

Чухонцы уже близко, поэтому практически вся шрапнель летит в цель. Кое-что впивается в землю, кое-что уходит выше, но процентов восемьдесят попадают туда куда надо.

— Огонь! — ушёл ещё один бешеный рой картечи, буквально выкашивая чухонскую цепь.

Не дожидаясь следующего залпа, в замешкавшуюся чухонскую толпу полетели стрелы, а когда взорвалось несколько гранат, так лихо начинавшийся «наскок» померк окончательно. И ведь не сказать что среди рыцарей и остальной братии были какие-то существенные потери, но началась паника и в итоге «засадный полк» просто растворился, оставив после себя несколько десятков убитых и раненных.