— Вот мля, старый дурень! Как же я сразу не догадался! — выпалил Сергей Петрович, и клеймя себя последними словами, уже собрался развернуть лодку, но в этот момент на видневшемся вдалеке шоссейном мосту, появилась длинная колонна машин в расцветках МВД и Росгвардии.
Включенные люстры и мигалки, явственно указывали, что это собранные Шагиным старшим ручные силовые структуры, готовые если понадобиться взять усадьбу олигарха штурмом, разумеется с санкции генеральной прокуратуры и правильного судьи.
— Он не сдастся — уверенно проговорил Северский, пришедший к такому выводу несколько секунд назад.
Теперь он был уверен, что Глебов дождётся личного приезда Шагина старшего, и попытается его убить. И помешать пойти на этот безрассудный шаг, Сергей Петрович уже не успеет.
Продолжая себя ругать за недальновидность, Северский скривился от нарастающей злобы, и нажал на газ, желая оказаться как можно дальше, от усадьбы. Нет, теперь он ничего не боялся, и понимая что не сможет повлиять на положение дел, хотел только одного, чтобы Серый как можно скорее выбрался, и они вместе придумали как отомстить клану Шагиных.
Прошло ещё пятнадцать минут, и когда до ближайшего городка осталось километров семь, вокруг Северского начала твориться какая-то чертовщина.
Волна стазиса ударила прямо из тела учёного, и приостанавливая кружение снежинок, разошлась во все стороны. При этом слабенький моторчик лодки, на миг замолк, и начал тарахтеть заметно медленнее. Скорость передвижения тоже замедлилась.
Следующая волна стазиса, вышла из Северского через секунды полторы, и произвела точно такой же эффект. Перестав жать на газ, учёный отпустил ручку румпеля, и начал удивлённо рассматривать снежинки, ведущие себя очень странно.
Как он заметил, вокруг начал расти тридцатиметровый белый шар, появившийся из-за разницы в скорости падающего сверху снега. И чем дальше от Северского, тем быстрее кружился снег.
Вода вокруг моторной лодки тоже начала застывать, и расходящиеся буруны сломали свой стройный бег. Причём каждая новая волна стазиса, расширяла своё влияние, замедляя окружавшую действительность.
После десятой волны, Северский обратил внимание на мост, и увидел, что проезжавшая по нему тяжёлый лимузин, двигается слишком медленно, словно в замедленной съемке. Причём это замедление с каждой новой волной немного усиливалось. Получалось что эти волны влияют на всё, правда, чем дальше от источника, тем меньше становилось их артефактное влияние.
Ещё раньше он выяснил из приходящих образов, что инверсия происходит из-за манипуляций Альфы с неким прибором. По всей видимости источником этих волн стазиса, и сейчас была она. Правда, какова причина прихода аномалии, Северский не понимал, и это напрягало Северского.