Толчки продолжали сотрясать многострадальный подземный комплекс, а Алфёров не прекращая вводил цепочки команд, пытаясь использовать сам временной поток, как некий стабилизирующий фактор. Это было похоже на попытку заниматься сёрфингом, во время самой сильной бури.
— Температура в зоне реактора 3080 градусов. Прочность внешней оболочки снизилась на два процента.
Новое сообщение ассистентки, заставило академика прикусить губу до крови. Оторвав взгляд от экрана, показывающего рассчитанные суперкомпьютером временные прогнозы, он посмотрел на глаза жены и Шиловских пацанов, с опаской выглядывающих из-под сварного кожуха, и с надеждой поглядывающих именно на него.
— Да почему бы и нет. Будь что будет — проговорил Алфёров, и перестав обращать внимание на точные прогнозы суперкомпьютера, вбил цепочку команд, которые подсказала его интуиция и некий накопившийся опыт.
Это было смело, и подразумевало грубое вмешательство во временной поток. Их хроно-пузырь на миг замер, затем завибрировал, и тут же получил сильный пинок от потока. В этот момент подземный комплекс тряхнуло так, что академику показалось что купол над головой прямо сейчас неминуемо обрушится.
Оторвав пальцы от клавиатуры, Алфёров вцепился в страховочные скобы, расположенные по бокам ложе оператора виртуального симулятора, и посмотрел на покрытую сеткой трещин стену лаборатории. И в этот миг из неё вырвалась светящаяся оболочка сжавшегося до минимума хроно-пузыря. Причём, не почувствовав никакого сопротивления, она устремилась вперёд.
В этот момент бурный поток сам вытолкнул пузырь наружу, он получил напоследок пару мощных пинков, и завис в области полного гравитационного спокойствия.
Через несколько секунд лабораторию перестало трясти, и под ногами снова мерно завибрировал реактор холодного синтеза, мигом восстановивший нормальный режим работы. После этого замёрзшая оболочка, начала медленно откатываться, словно вполне обычная, потерявшая силу океанская волна.
— Температура в зоне реактора 1900 градусов. Наблюдая значительное снижение темпорального давления снаружи пузыря. Хроно-гравитационный поток стабилизирован на три девятки до запятой.
Новое сообщение ассистентки порадовало, и учёный наконец расслабился. Посидев несколько секунд, он почесал небритый подбородок и уставился на Шиловских пацанов, начавших с опаской выбираться из-под защитного кожуха. Пересчитав детей, Алфёров нахмурился, и посмотрел на их мать.
— Наталья, а где ваш младшенький? — спросил он настороженно. — Если он ещё раз откроет капсулу Серого, и начнёт там ловить призраков, я ему точно уши надеру.