— Че надо? — спросила оскорбленная до глубины бездушия ламия.

— Вот, смотри, — я показал ей снимок. — Стриго, потомственная, из древних. И похоже она нацелилась на Дабла.

— Неудивительно, — хмыкнула ламия. — Я бы за такое оскорбление чувств сама бы ему башку оторвала и перекусала бы всю съемочную группу. Изобразить патриархальную общину настоящих стриго как какой-то провинциальный блядский цирк? Убить мало, а вот обратить в самый раз.

— А вот этого не надо. Он платит нам деньги и благодаря ему мы как-то натурализуемся помаленьку в этом зверинце. Так что помогай мне.

Ламия только раскрыла рот, чтобы выдать свою особо заковыристую тираду, как вдруг…

Неожиданно для нас из-за угла коридора вылетел спешащий режиссер.

— Посторони… Какой классный грим! — он уставился на торчащие сиськи серой. — Кто гример? Мак?

— Люци, — сказала она.

— Кто же у нас Люци? — наморщил лоб режиссер. — Новенький?

— Да так, не совсем, — сказала ламия, не делая попытки удрать. Это что, в Голливуд захотела, что ли? Да тут будут такие жертвы и разрушения, что мама не горюй. Хотя местным похоже к аду не привыкать.

— Все равно, грим шикарный, как настоящая кожа прямо, а фактура… С какой площадки?

— «Мертвые не потеют», — она щелкнула клыками.

— Ни разу не слышал, очередная малобюджетка для даунов? — опять наморщил лоб режиссер. — Ладно, зайди после съемок, поговорим о эпизодической роли. Надо в сериал немного свежей крови добавить.

— Точно, — ламия обнажила свои впечатляющие клыки. — Кровь — завсегда за!

— Ты что, решила в порноактрисы податься? — спросил я.

— Завидуешь? — подмигнула ламия и поддернула груди. — Ну да, у меня для этого полный комплект. А вот ты формами не вышел. Сиськи у тебя маленькие. И жопа плоская.

— Кончай демагогию, — я уже начал терять терпение. — Найди мне эту кровососку и проследи за ней, а то вдруг ей ждать надоест, и она тут резню попытается устроить?

— Поняла, — грустно вздохнула ламия. — Как всегда…

Дальше я отправился караулить Дабла, чтобы того не сожрали, пока я буду отсутствовать. Но нет, вроде все прошло спокойно. Я уже стал терять терпение, пока наконец режиссер не завопил «Все, снято!». Ну по крайней мере, на сегодня съемки закончились и все часы, проведенные на площадке, превратятся в скромные сорок минут серии.

— Ну что, поклонница не объявилась? — спросил Дабл в своей гримерке, избавляясь от грима и впечатляющих накладных челюстей.

— Вроде пока нет. Но не беспокойся, за ней следят.

— Следят?

— Ну неужели ты думаешь, что я работаю в одиночку? — ехидно ответил я.

— Интересно, — хмыкнул он. — Хотелось бы посмотреть на напарника.