— Ага, — я дал ей листок. По мере чтения у нее отвалилась челюсть на ширину приклада, а глаза стали как при запоре.

— Ты серьезно? — она упулилась на меня своими желтыми глазищами, ставшими размером с блюдце.

— Вполне, — сказал я. — По крайней мере те места я хорошо знаю.

— А ты оттуда живым выйдешь?

— Ну как видишь, — я показал на себя руками. — Выходил. И не один раз.

— Но вот только тебе придется идти одному. Мне туда ход заказан.

— Это почему? — удивился я.

— Другой пантеон, меня там просто не существует. Даже не развоплотит, а не пустит.

— Ну ладно, — сказал я. — Думаю, сам справлюсь.

— Смотря на кого нарвешься. Там я думаю, тебе комитет по встрече готов. Один с кладенцом и двое с носилками.

— Придется побегать. С крутыми пацанами я конечно вряд ли справлюсь, но в таком случае просто вывалюсь в Явь без проблем.

— Каждый раз, когда ты говоришь «без проблем» они и начинаются. Как и при фразе «Смотри, как я могу».

— Начинаются они, когда говорят «Фигня, я тоже». Вот тогда точно жопа.

— Слушай, — просящим тоном спросила ламия, — может ты туда все-таки не пойдешь? Что-нибудь придумаем, ювелирку какую-нибудь обнесем…

— Будь спок, — сказал я, хотя у самого екнуло. Это все-таки не до булочной прогуляться, на крендели могут насыпать таких люлей… — Я осторожно, хорошо?

Она расстроенно покачала головой.

— Может…

— Ну это решено. А вот чем ты можешь реально помочь — так это посторожить мою бездыханную тушку, пока я буду там шариться. Я-то туда попаду в виде души.

— А как ты собрался оттуда что-то вытащить? — вытаращила глаза ламия.

— Так же, как и втащить, — я показал ей пластиковый кулек с голышами, собраннымп возле дома. — Как материализуешься ты, попадают туда и обратно предметы, ну и прочее. Я тебе описать точно эту шнягу не могу, Эйнштейний из меня плохой, но что-то как-то это связано с энергоинформационными пакетами. Вот ты можешь описать, как ты попадаешь из своего мира в наш, причем не в виде духа бесплотного, а взаимодействующего с нашим миром, да так, что можешь отсыпать люлей кому угодно?

— Я те что, семинарию кончала? Это там описывают, как это все происходит.

— Своими словами. Все равно что гуманитарий опишет, как работает ядерный реактор, примерно так. И я не опишу. Пусть этим яйцеголовые занимаются, если таковые есть у волхвов. Поэтому и ты не можешь попасть, потому что тебя там нет, и собственно как нет и души. Тебя просто там некуда перезаписать.

— А ты?

— Ну я-то там был не раз, меня заждались уже. Но пока облом им всем. Поэтому я туда перехожу в виде энергоинформационного пакета, делаю там свои дела, набираю добро там, переношу его по тому же каналу в физическое воплощение из энергетического, и вываливаюсь обратно в свою не успевшую остыть тушку. Ну а чтобы я ее нашел в целости и сохранности, будь другом — постой на шухере.