— Воспроизводимость никакая, — сообщил я минут через сорок лаборантке. — Надо, чтобы результаты пяти анализов подряд одного раствора различались максимум на полтора процента, а у вас все восемь с половиной. Шприц-дозатор хватает воздух, фитинги и капилляры подтекают, восьмипортовый кран и кассету с уловителем галогенов менять надо. Вы давно в прибор заглядывали, Марина Валерьевна? У вас даже вода в увлажнителе зацвела.

— Я все время работаю, мне некогда с этим возиться, — пожала плечами женщина. — Вы специалист, вы и делайте.

— Кое-что я могу сделать, — понятливо кивнул я. — Но вообще-то вы только поверку заказывали. А не комплексное ТО.

— Вы за свою работу и так огромные деньжищи берете, молодой человек! Счет на сорок пять тысяч выставили, подумать только! Георгий Вазгенович его три дня подписывать не хотел, все ругался на ваше начальство! За то, что один раз приедете и с прибором повозитесь столько хотите… А у меня зарплата всего тридцать тысяч! — возмутилась лаборантка.

— Ясно, — кивнул я. Ситуация самая обычная, и кому-то что-то доказывать в ней бесполезно. Теоретически я могу отказаться от поверки, сославшись на неисправность прибора. Но денежки-то, те самые сорок пять тысяч, заплачены…возвращать их никто не будет, а с меня за это спросят. Почему, дескать, Саша, ты создаешь фирме проблемы на ровном месте? Могу плюнуть и нарисовать акт поверки так, заказчик его подпишет, никаких сомнений, ему свидетельство о поверке нужно позарез. Но это уж совсем дохлый номер, это значит, себя не уважать ни как человека, ни как специалиста, а лучше сразу увольняться и идти работать сборщиком тележек в супермаркет. А можно повозиться и сделать неоплаченное ТО, перебрав механическую часть и отрегулировав дозатор. Тогда поверочный тест прибор пройдет…возможно. Только все равно анализатор выйдет из строя через пару-тройку месяцев, потому что нового шприца и восьмипортового крана у меня нет, как и кассеты с уловителем галогенов. Ремонт не заказывали.

Я достал из рюкзака нетбук с документами, инструменты и под недовольным взглядом Марины Валерьевны начал разбирать систему отбора образца, попросив женщину вылить одномолярную солянку полугодовой давности и приготовить свежий раствор. Не то чтобы работа предстояла очень сложная, но довольно кропотливая. Через три с половиной часа, закрутив последний фитинг, я снова запустил анализ первого из калибровочных растворов, и в этот раз дело сразу пошло на лад. Площади пиков поглощенного диоксида углерода на экране были одинаковые как на подбор, перекрывая норму и укладываясь по воспроизводимости в один процент. Даже строгая Марина Валерьевна сменила гнев на милость, впервые за день улыбнувшись мне, когда увидела результаты теста.