— Вот видите! Прибор-то хороший, просто почему-то немного барахлил в последнее время. Дело мастера боится. Саша, а хотите, я вас чаем угощу? У нас с девочками со вчерашнего дня еще и тортик остался, — лаборантка, похоже, уже забыла, что она с утра спешила поработать.

— Спасибо, в другой раз, — улыбнулся я в ответ, распечатывая результаты теста. — Прибор отлажен. Но вы уж почаще рабочие растворы меняйте, пожалуйста. И скажите вашему шефу, чтобы заказал ТО с заменой нескольких деталей, а то анализатор у вас долго не протянет. Сейчас подпишем акт выполненных поверочных работ, и я вам их списочек набросаю…Марина Валерьевна, а что это у вас под самой лабораторией бензовозы останавливаются? — спросил я, бросив случайный взгляд в окно, на подоконник которого положил свой нетбук. Внизу стояла машина с открытой водительской дверцей, сам шофер вылез из кабины и с недоумением смотрел на экран своего телефона.

— Не должны по правилам, — нахмурилась лаборантка. — Странно это. Заглох он что-ли?

И в этот момент, только что отлаженный мной анализатор вдруг издал какой-то писк, и из него ощутимо потянуло паленым. В воздухе вдруг сильно запахло озоном, а мою кожу начало легонько пощипывать под футболкой.

— Что за ерунда? — я достал свой смартфон, но его экран был мертвенно-черным и не реагировал на команды. Нетбук на подоконнике тоже выключился. — Что тут у вас происходит?

— Не знаю! — в голосе лаборантки послышались испуганные нотки. Оно и неудивительно — воздух вокруг нас стал потрескивать, а выглянув еще раз в окно, я увидел, как по цистерне бензовоза пляшут маленькие лиловые огоньки. Трындец! То, что сейчас пора срочно сматываться из этой лаборатории я ощутил буквально всем своим существом. Та ситуация, когда надо бежать, бросив все и не думая над последствиями. Скорее!

Однако, мысль о бегстве мне реализовать не удалось. Вспышку взрыва под окном и метнувшееся к окнам пламя я еще усел увидеть. Вроде бы. А потом не стало ничего, даже темноты…

* * *

Боли и слабости не было. Не болело нигде — ни в голове, ни в конечностях, ни в груди. Особого холода я тоже не чувствовал, просто лежать было очень жестко и неудобно, а голову заволакивала какая-то серая муть, которая, впрочем, сразу прошла, когда я открыл глаза. Ешкин ты кот!

Чувствовал я себя вполне нормально, с моей памятью ничего не сделалось и я отчетливо помнил последние секунды до…до того как что-то произошло. Заглохший бензовоз, воздух, словно пропитанный статическим электричеством, взрыв, все это было, по ощущениям, буквально вот только что. Однако… где они сейчас?! И где, блин, я нахожусь? И почему я абсолютно голый?