Ну что, проверим? Я медленно приложил руку к рисунку. Моя ладонь легко вошла в контур — судя по отпечатку, лапища у Древних была как лопата, а пальцы чуть ли не два раза длиннее и вдобавок обладали суставами, гнущимися в разные стороны.

Голубой контур ярко вспыхнул. Я почувствовал тепло. Есть контакт!

Раздался резкий скрежет, заставивший всех вскочить на ноги. Затем он повторился снова и снова, словно проворачивались шестеренки огромного, заржавевшего механизма.

Эббот: Все, ко мне! Рейд, в боевой порядок!

Олаф: Авель, ваша работа?!

Одновременно со странными звуками пол Перекрестка рассекли радиальные щели, из которых хлынул наверх яркий голубой свет. Тем же огнем вспыхнули знаки канн-эло, в изобилие начертанные на нем. Пол зала зашевелился, пришел в движение, распадаясь на отдельные плиты. Дозоры, перепрыгивая открывающиеся трещины, бежали к Эбботу, вставали в кольцо в безопасном устье одного из тоннелей.

То, что было Перекрестком, двигалось в согласованных, сложных алгоритмах, меняя свою форму. Камень словно встал дыбом, поворачиваясь вокруг своей оси в голубом сиянии. Несколько поворотов граней «кубик-рубика» — и все вновь остановилось.

Теперь Перекресток выглядел по-иному. Центр приподнялся, образовав круглую платформу, в середине которой виднелась странная конструкция, напоминавшая клетку в форме яблока. Ребра сферического механизма были испещрены светящимися знаками канн-эло.

Эббот: Что это такое?

Олаф: Не знаю. Но очень похоже на лифт. Авель, проверяйте!

Стоило одному из скаутов Дозоров пересечь границу «клетки», раздался резкий басовый звук — отказ! Знаки канн-эло из голубых изменили цвет на красный, нервно замигали.

Эббот: Стоп! Хоткот, иди первым.

Я беспрепятственно поднялся на платформу, зашел в необычную конструкцию. Стоило мне ступить внутрь, пульсирующие алые знаки погасли, вновь налились приятным голубым оттенком. Сама клетка была изготовлена из необычного металла, рыжего с прозеленью, похожего на состаренную бронзу. По вогнутым ребрам-спицам бежали сотни символов — пиктограмм, в центре высился небольшой гриб-пьедестал с таким же отпечатком ладони, как на стене.

Олаф: Ген Древних в действии. Заходим, осторожно.

Внутри ажурной сферы убрались все сорок семь Дозоров и еще осталось место. Думаю, сотня бы легко вошла. Как и ожидалось, в моем присутствии защитные механизмы Перекрестка не срабатывали.

Навыком «Знание Канн-Эло» у нас обладали двое — Эль, пешка Фаната, была профессиональным археологом. И, к моему удивлению, АлексОрдер. Впрочем, мой друг всегда был полон скрытых тайн. Эти двое тщательно изучали пиктограммы письменности Древних, выгравированные на обратной стороне ребер «клетки», ища среди сотен значков упомянутые Тормисом «син-да».