— А сам-то ты что тут ищешь? — Не удержался от вопроса один из наёмников.

— Вам это знать не обязательно. — Отшил он его. — Я вас предупредил. Прежде чем тащить что-то себе в карман, покажите эту вещь мне. И если я скажу избавиться от неё, вы должны выкинуть проклятый предмет, не задавая вопросов. На этом всё. Завтра будет тяжёлый день. Всем отдыхать. И не забывайте, что бандиты идут по нашему следу, и сейчас самый опасный момент нашей экспедиции.

— А много тут сокровищ? — Всё-таки влез с вопросом ещё один наёмник. — Ну этих… проклятых?

Дарт с раздражением посмотрел на идиота, задающего бесполезные вопросы.

— Тут был целый город, который был уничтожен за один день. Никто из жителей не выжил и не смог забрать свою собственность. Сотни храмов разных богов были разрушены, и всё принадлежащее богам золото… до сих пор им принадлежит. И если вы возьмёте себе хоть кусочек, то боги покарают вас. Я в принципе не против, но в таком случае вам лучше выйти из состава каравана, чтобы, когда вас настигнет кара, она не задела никого из нас.

Дарт посмотрел в глаза слушателей и… обнаружил там в основном насмешку, недоверие и открытую неприязнь. Никто, кроме Листика, не прислушался к его советам. Даже Асинай выражал сомнение, хотя и не торопился открыто перечить Дарту.

Презрительно фыркнув, Дарт отправился устраиваться спать. Никто не ощущал этого, но для него город буквально пылал энергиями богов. Каждую секунду Дарт чувствовал, как десятки и сотни всемогущих тварей окидывают его ненавидящим взором. Это чем-то напоминало то ощущение, которое он испытал во время аукциона, но тут оно было менее… плотным. Но в то же время источником этого ощущения являлся весь город, сейчас скрывающийся за гранитными скалами. И честно говоря, Дарт не был уверен, что, когда они достигнут улиц города, гнев божий не испепелит их. Но отступать он не собирался. Где-то тут его ждало копьё, способное убить бога. Или если не убить, то запечатать на тысячи лет в состоянии подобном смерти. Он найдёт это оружие и заберёт его себе. Любой ценой!

Следующим утром, едва забрезжил рассвет, караван Дарта вступил в узкий проход между двумя скалами, возносящимися на высоту в несколько сотен метров. Проход был устлан вездесущим серым песком. В центре пустыни по утрам было довольно холодно, а после полудня наступала невыносимая жара. Пока они пробирались между нависшими скалами, у Дарта создавалось впечатление, что он оказался где-то на крайнем севере. «Посланный богами» гранит каждый день разогревался до температуры кипения воды, а потом охлаждался так, что на камнях выступал иней, но за две тысячи лет на нём не образовалось ни трещинки.