* * *

В таверне «Лиловый кабан» на окраине Владимира собралась необычная компания — младшие сыновья нескольких боярских родов, те самые, кто откликнулся на первый призыв.

— Слышали новость? — Никита Кудрявцев нервно теребил бородку. — Платонов убил Архимагистра Крамского на дуэли. Сжёг заживо.

— Бред какой-то, — фыркнул Алексей Мещерский, круглолицый юноша лет двадцати. — Магистр против Архимагистра второй ступени? Это невозможно.

— А вот и возможно! — возразил Дмитрий Селиверстов, худощавый маг с острым взглядом. — Мой дядя был в Покрове, всё видел своими глазами. Говорит, Платонов дрался как демон. Крамский выложился на полную, но всё равно не смог его одолеть.

— Если это правда… — Кудрявцев побледнел. — То мы идём воевать против человека, который убивает Архимагистров. А мы кто? Подмастерья и пара Мастеров первой ступени.

В таверне повисло тяжёлое молчание.

— Мой отец говорит, что Воронцов обещал подкрепление от Гильдии Целителей, — тихо произнёс кто-то из младших Звенигородских. — Какие-то особые бойцы с усилениями.

— Гильдия против Платонова? — Мещерский покачал головой. — Значит, дело серьёзное. Очень серьёзное…

* * *

Боярин Шаховской Дмитрий Николаевич стоял у камина в своём рабочем кабинете, когда завибрировал магофон на письменном столе.

Боярин открыл сообщение, пробежал глазами строки. Воронцов ещё раз рекомендовал тщательно обдумать вопрос участия рода Шаховских в боярском ополчении, напоминал об их совместных поставках леса в Маньчжурию и деликатно интересовался, не возникнут ли проблемы с лицензиями, если партнёрство прервётся.

— Старый лис, — пробормотал боярин. — Каждого за яйца держит.

Он быстро набрал ответ: «Род Шаховских помнит о долге чести. Двенадцать магов будут готовы через три дня.» Отправив сообщение, Дмитрий Николаевич подозвал своего сына.

— Готовься к походу, Миша. И запомни — мы идём не за Сабурова. Мы идём потому, что Воронцов не оставил нам выбора. В этой войне постарайся держаться позади и не геройствовать. Пусть другие дураки лезут под заклинания маркграфа.

Сын лишь мрачно кивнул.

Тем временем по всему Владимирскому княжеству развернулась невидимая битва влияния и давления. Письма Воронцова достигли десятков поместий, и в каждом шли напряжённые совещания.

Старый патриарх умело дёргал за нити — кому-то напоминал о долгах, кого-то прижимал компроматом, с кем-то делился выгодными перспективами. К концу недели результаты стали очевидны: около шестидесяти боярских родов откликнулись на повторный призыв, собрав в общей сложности почти две сотни боевых магов разного уровня подготовки.