«Совершенное оружие, — мрачно подумал он. — Которое можно сломать».
Внезапно брезентовый полог палатки распахнулся, и внутрь ворвался запыхавшийся посыльный — молодой солдат с красным от бега лицом.
— Господин Железнов! — выпалил он, хватая ртом воздух. — Генерал Хлястин требует вас немедленно на совещание! Срочно! Конвой!..
[1] Передок (воен. жарг.) то же, что передовая — участок оборонительной линии, соприкасающейся с неприятельским фронтом.
Глава 20
Утренний туман ещё не рассеялся над лагерем, когда Пётр Алексеевич Хлястин вошёл в командирскую палатку. Белые перчатки на его руках выглядели безупречно чистыми, несмотря на грязь и копоть, окружавшие армейский лагерь после вчерашнего дня. Он методично поправил их, обводя взглядом собравшихся — жест, который за тридцать лет службы стал второй натурой.
Все ключевые фигуры уже заняли свои места. Патриарх Воронцов восседал в единственном кресле, холодные серые глаза изучали присутствующих с выражением едва заметного презрения. Ратмир Железнов стоял чуть поодаль в своём тёмном камуфляже, лицо непроницаемое, как маска. Полковник Ладушкин нервно покашливал, водянистые глаза бегали между командирами. Капитаны наёмных рот — Плещеев, Кривоносов, Мукаев, Ибрагимов, Чингис и молчаливый Рустам — выстроились полукругом у стола с картами. Бояре жались у стенки палатки: Селиверстов с перебинтованной рукой, молодые Мещерские и Кудрявцевы, представители Звенигородских.
— Господа, — начал Хлястин, не тратя время на приветствия. — Ночью произошёл инцидент. Артиллерия и пулемёты вели огонь по лесу около получаса. Кто-нибудь может объяснить, что произошло?
Повисла пауза. Генерал заметил, как Железнов едва заметно напрягся.
— Мои бойцы отразили нападение крупного отряда противника, — наконец подал голос представитель Гильдии. Голос ровный, без эмоций. — Диверсанты Угрюма пытались проникнуть в лагерь. Атака была отбита.
Хлястин медленно повернулся к Железнову. В его взгляде читалось раздражение, граничащее с гневом.
— И вы не сочли нужным доложить мне об этом немедленно? О нападении на лагерь, которое потребовало артиллерийской поддержки?
— Ситуация была под контролем, — Ратмир пожал плечами. — Не видел смысла беспокоить командование по пустякам.
«По пустякам», — мысленно повторил генерал, сжимая кулаки под столом. — Артиллерия палит в ночи, весь лагерь на ушах, а этот самодовольный болван считает это пустяком.
— Потери? — отрывисто бросил Пётр Алексеевич.
Лицо Железнова словно окаменело. Секунда, две, три.
— Убито Семь бойцов.
В палатке воцарилась тишина. Хлястин почувствовал, как в висках застучала кровь.