Видно, для его натуры профессионального бойца подобное ведение караульной службы казалось кощунством. И я его понимал, хотя нам такое разгильдяйство было только на руку.

— Оглушить такую группу незаметно не получится, — прошептал я. — Берём в ножи, быстро и одновременно.

Я дождался, когда все займут позиции, и дал сигнал. Мы синхронно выдвинулись с трёх сторон, преодолев открытое пространство за считанные секунды. Я метнулся к ближайшему охраннику, зажав ему рот рукой и одновременно вогнав лезвие под рёбра. Рядом Карпов действовал столь же эффективно. С двух других сторон такая же судьба постигла оставшихся охранников.

Всё произошло в полной тишине — только сдавленные хрипы и звук падающих тел. Четверо стражей были нейтрализованы прежде, чем успели понять, что происходит.

— Оттащить тела в тень, — приказал я.

Следующие десять минут превратились в методичную охоту. Мы выслеживали и устраняли оставшихся охранников одного за другим. Карпов работал хладнокровно и профессионально, не давая жертве издать ни звука. Ценное приобретение для моей группы.

Ровно через пятнадцать минут после начала операции вся территория была зачищена. Дальше мы двинулись, держась в тени деревьев. Восточный фасад здания был неплохо освещён, но даже в нём имелись слепые пятна, что играло нам на руку. Не хотелось бы, чтобы нас увидели из здания сквозь окна. Возле небольшого хозяйственного блока, соединённого с основным зданием крытым переходом, мы заметили охранника, вышедшего покурить.

Карпов сделал знак, что берёт его на себя. Профессиональная выучка бывшего сержанта проявилась в полной мере — он практически слился с тенями, незаметно подкрался к незадачливому курильщику и одним чётким движением взял противника в болевой захват, одновременно пережимая горло. Вскоре тот потерял сознание.

— Чисто, — просигналил он нам.

Мы подтянулись к служебному входу. Тяжёлая металлическая дверь представляла бы из себя серьёзную преграду, но ленивый курильщик подпёр её деревянным бруском, чтобы спокойно смолить себе в одиночестве.

— Внутри действуем по плану, — напомнил я, проверяя оружие. — Гаврила, Федот — со мной. Евсей, Михаил, Карпов — прикрываете. Следите за коридорами и лестницами.

Медведев остался в машине для охраны транспорта и обеспечения быстрой эвакуации. Я глубоко вдохнул, сосредотачиваясь. Впереди нас ждал самый сложный этап операции — проникновение в само здание и поиск Святослава.

— Начинаем, — скомандовал я, и первым переступил порог, вступая в полумрак служебного коридора.

В прошлой жизни мои люди называли этот момент проникновения на вражескую территорию «объятиями Хель» — никогда не знаешь, удастся ли вырваться из них живым. Но, как и тогда, я ощущал только обострение чувств и предельную ясность мыслей.