На второй день геоманты приступили к возведению первого этажа блокгауза. Василиса и Вельский работали в паре, выстраивая массивные каменные блоки, а Вершинин и Солова сплавляли их в монолитную конструкцию. К вечеру глухая каменная коробка без единого окна или двери выросла на четыре метра. Ракитин лично участвовал в работах, таская воду для уставших магов.

В тот же день в Угрюме я устроил вторую учебную тревогу. На этот раз результаты порадовали — дружина заняла позиции за одиннадцать минут вместо прежних семнадцати, арсенал открыли вовремя, а командиры действовали слаженно.

Третий день принёс первые трудности. При попытке создать консольные балки для второго этажа Вершинин переоценил свои силы и едва не обрушил конструкцию. Василиса вовремя подхватила каменные блоки, но инцидент показал необходимость более тщательной координации. Грановский внёс коррективы в план работ, распределив нагрузку между геомантами.

А в это время восемь Трухляков попытались подобраться к Панфилово с северной стороны. Смешанный отряд из наших и местных бойцов встретил их организованным огнём из штуцеров. Ни одна тварь не добралась до частокола. Местные были впечатлены — раньше такая стычка стоила бы минимум одного раненого.

К четвёртому дню люди Фадеева привезли в Угрюм вторую и последнюю часть заказанного оснащения, а блокгауз обрёл второй этаж. Местные плотники под руководством нашего инженера собирали деревянную конструкцию, пока геоманты укрепляли основание. Жители окрестных деревень, прослышав о строительстве, начали стекаться в Иванищи с инструментами и провизией. Многие привозили брёвна и камни.

Интересно, что местные женщины, прослышав о нашем отряде «Валькирий», начали расспрашивать о нём подробнее. Идея женщин-воинов казалась им дикой, но заманчивой.

Именно вечером этого дня мне, наконец, покорилась Трещотка, и я смог воссоздать пулемёт во всём его великолепии.

На пятые сутки началось возведение недостающих внешних стен пятиугольного форта. Василиса размечала контур, а остальные геоманты поднимали стены секция за секцией. Одновременно почти сотня людей рыла рвы по периметру будущих укреплений. Ракитин организовал работы по принципу артелей — каждая деревня отвечала за свой участок.

Шестой день ознаменовался установкой первых огневых точек. В северо-восточной башне смонтировали станок под пулемёт — пока что деревянный макет, но уже позволяющий отработать секторы обстрела. Грановский лично проверял каждый угол, добиваясь идеального перекрытия зон поражения. К вечеру три из пяти башен были готовы.