К обеду я пригласил Ярославу в свой дом. Нужно было лучше узнать человека, который теперь фактически стал моим соратником на время Гона. Накрытый стол оказался скромным — щи, каша гречневая с небольшим количеством курятины, солёные огурцы, хлеб. Княжна окинула всё это ироничным взглядом.

— Не густо для воеводы, — заметила она, усаживаясь напротив.

— Зато честно. Ем то же, что и мои люди.

Засекина хмыкнула, но промолчала. Какое-то время ели в тишине. Наконец я решил начать разговор:

— Расскажите о себе, княжна. Откуда такое мастерство владения мечом?

Ярослава отложила ложку, задумчиво глядя в окно. На лице мелькнула тень — болезненное воспоминание?

— Отец начал учить с пяти лет. Говорил, что наследница рода Засекиных должна уметь защитить себя. «Ты должна быть сильной, Яся. Сильнее всех. Иначе не выживешь», — княжна криво усмехнулась. Мать была против… — её голос дрогнул. — А потом жизнь показала, что опасения отца были полностью оправданы.

Повисла тяжёлая пауза. Княжна явно не собиралась развивать тему.

— Жизнь бывает жестоким учителем — осторожно заметил я.

Она резко кивнула, сжав губы. В серо-голубых глазах мелькнула боль.

— Бывает. Особенно когда всё теряешь в шестнадцать лет.

Я не стал давить, ожидая продолжения.

— Это было давно, — она махнула рукой. — Главное — выжила, встала на ноги.

— А как вы возглавили Северных Волков?

— Создала их сама в двадцать лет. Собрала таких же… выброшенных. Тех, кому некуда было идти, — в голосе звучала гордость. — За пять лет превратили разношёрстную толпу в то, чем являемся сейчас. Главное — теперь у нас есть репутация и контракты.

Я понял, что больше она не расскажет. Слишком больно ворошить прошлое.

Остаток обеда прошёл в обсуждении более нейтральных тем — организации обороны, распределения постов, графика тренировок. Ярослава оказалась не только хорошим бойцом, но и толковым организатором. Жаль, что за броней профессионализма она прятала явно израненную душу.

После обеда я удалился в мастерскую. Следующие несколько часов провёл за монотонной работой — создавал латунные гильзы, формировал пули, покрывал их тончайшим слоем Сумеречной стали. Рутина, но необходимая. Каждый патрон мог спасти чью-то жизнь в грядущей битве.

К вечеру во двор въехал ещё один грузовик — на этот раз с закупленными продуктами и топливом. Управляющий отработал чётко: мешки с мукой, крупами, ящики с консервами, бочки с соляркой. Всё по списку, который я составил неделю назад.

— Разгружайте аккуратно, — ворчал Захар. — Продукты в основной склад, топливо — в защищённое хранилище.