Коршунов задумчиво кивнул.

— Попробую, Ваше Благородие. Хотя в моём возрасте новые привычки приживаются туго. Но попробую.

С этими словами мы расстались. Я вошёл в представительство, оставив разведчика во дворе. Может быть, сегодняшняя ночь стала не только концом рода Уваровых, но и началом новой главы в жизни Родиона Коршунова. Время покажет.

* * *

Утро выдалось серым и дождливым. Я стоял на улице возле представительства, наблюдая, как беженцы грузятся в кузов грузовика. Тридцать человек с нехитрым скарбом — узлы, мешки, котомки. Та самая пожилая женщина в рваной шали, что первой согласилась ехать со мной вчера ночью, устроилась у борта, прижимая к себе потёртую кошёлку.

— Воевода, — подошёл ко мне Михаил, один из бойцов спецназа. — Разрешите обратиться?

Я кивнул, отхлёбывая горячий чай из керамической кружки. Ночь практически без сна давала о себе знать, но дел ещё оставалось немало.

— Некоторые из спасённых говорят, что у них остались припасы в деревнях. Мука, крупа, солонина. Не смогли забрать, когда к городу бежали.

Я перевёл взгляд на беженцев. Конечно, люди не с пустыми руками из домов уходили. Наверняка прихватили самое ценное, а продовольственные запасы пришлось бросить — не до того было, когда Бездушные по пятам.

— Где именно? — уточнил я.

— В основном в Вихрево и Новосёлках. Это километров 12–15 на юг, по дороге на Угрюм.

Я задумался. Продовольствие сейчас на вес золота, особенно перед Гоном. Бросать добро, которое может спасти жизни, было бы преступной расточительностью.

— Хорошо, — решил я. — Половина людей пусть остаётся здесь, в представительстве. Савельев с Листратовой присмотрят, накормят. За ними приедет второй грузовик из Угрюма. Я распоряжусь. А первый поедет по деревням с жителями тех мест, заберёт припасы.

Михаил кивнул и пошёл организовывать разделение. Люди заволновались — никому не хотелось оставаться в чужом месте, все рвались поскорее в безопасный острог. Пришлось вмешаться лично.

— Слушайте сюда, — повысил я голос. — Сейчас половина остаётся ждать следующую машину. Кто поедет забирать припасы — получит их обратно в Угрюме. Кто остаётся — будет накормлен и напоен здесь. Никого не бросим, всех довезём. Даю слово!

Вмешательство подействовало. Около дюжины человек, пришедших из дальних краёв, куда не получится отправить машину, согласились остаться, остальные полезли обратно в кузов. Я подозвал Ждана, своего водителя — крепкого мужика лет сорока с неровной щетиной.

— Заедешь в две деревни. Тебе покажут дорогу. Пусть люди заберут свои припасы. Охрана с вами — Михаил и Ярослав. Без глупостей, быстро собрались и назад. По деревням не шастать, Бздыхи могут поджидать.