Я медленно улыбнулся, начиная понимать.

— То есть, если Илья и Елизавета добровольно отправятся служить в Пограничье…

— Именно! Их имущество на время службы автоматически переходит под управление и защиту казны. А поскольку они не доверяют управление Сергею Михайловичу, он не сможет получить доступ к их наследству. Более того, пока они на службе, любые попытки завладеть их имуществом будут расцениваться как посягательство на казённое добро.

— Блестяще, Пётр Павлович! Вы проделали отличную работу.

Адвокат смущённо поправил очки:

— Есть один нюанс, Ваше Сиятельство. Этот обычай хоть и действующий, но устаревший. Для такой службы требуется согласование князя. Нужно получить его дозволение отправиться служить в Пограничье и его одобрение на передачу управления властям над семейным имуществом.

— Это я беру на себя, — решительно сказал я, поднимаясь. — Ещё раз благодарю за помощь.

Проводив юриста, я немедленно связался с Трофимовым. Помощник князя ответил после третьего гудка.

— Добрый вечер, Владимир Сергеевич. Прохор Платонов беспокоит.

— Ваше Сиятельство, — голос Трофимова звучал устало. — Чем могу быть полезен?

— Помните наш разговор о молодых Бутурлиных? Я нашёл вариант, при котором князю практически ничего не нужно будет делать, но это поможет наследникам.

— Прохор Игнатьевич, — в голосе помощника появились нотки напряжения, — я же объяснял, что Его Светлость сейчас крайне занят. Южные районы, реформа органов власти, угроза войны с Владимиром… У него действительно нет возможности ввязываться в этот судебный процесс.

— Выслушайте меня, прошу вас. Всего минуту.

Трофимов вздохнул:

— Хорошо, я слушаю.

Я кратко изложил суть найденной Стремянниковым лазейки. По мере моего рассказа дыхание Трофимова становилось всё более заинтересованным.

— Любопытно, — протянул он, когда я закончил, — но всё равно, князь ясно дал понять, что не желает вмешиваться в семейные дрязги Бутурлиных.

— Владимир Сергеевич, — я сделал паузу, тщательно подбирая слова. — Николай Константинович Бутурлин погиб, защищая Сергиев Посад от Бездушных. Он отдал свою жизнь, уничтожая тварей, которые угрожали городу и его жителям. В том числе и семье князя.

Молчание.

— Разве самое малое, что князь может сделать для детей павшего героя — это помочь им сохранить наследство? Тем более что от Его Светлости требуется лишь поставить подпись под разрешением. Все дальнейшие хлопоты я беру на себя.

Трофимов тяжело вздохнул:

— Вы умеете находить правильные слова, маркграф. Хорошо, я поговорю с князем. Но ничего не обещаю.

— Благодарю. Буду ждать вашего звонка.