— Я бы тоже на Генри ставить не стал, — равнодушно отозвался Меншиков. — Мои люди готовы эвакуировать вас в любой момент, Ваше Величество. Нам больше нечего здесь делать. В Шотландских водах нас ждет судно, которое доставит вас прямиком на Скандинавский берег. Оттуда вы сможете начать заново.

— Предлагаешь отступить и все бросить? — уточнил Романов недовольным тоном.

— Англия уже проиграла, Ваше Величество, — спокойно ответил Павел Андреевич. — Мои люди убедились — флот Британии потоплен, а корабли Российской Империи сейчас контролируют практически весь юг Англии. Мой наблюдатель в порту только что передал — Иван Дмитриевич со своими отборнейшими бойцами уже мчится сюда.

— В таком случае я не имею никакого права сбежать, — внезапно заявил Романов. — Пока племянник жив, трон Российской Империи мне принадлежать не будет.

Меньшиков от такого заявления опешил, на мгновение потеряв дар речи, а мятежный князь продолжил рассуждать:

— Твои люди мне понадобятся, чтобы закончить здесь. Нужно ненадолго задержаться, чтобы избавиться от Ивана, а затем можно будет воспользоваться твоим планом эвакуации, — озвучил мятежник свое решение.

Павел Андреевич смотрел на Романова и понимал, что все надежды на воцарение Виталия только что рухнули. Вместо того, чтобы спастись и после объявить, что не был замешан в делах англичан, попытавшихся убить цесаревича, или, что чуть хуже, но тоже бы сработало, взять наемников и выступить на стороне наследника престола, тем самым обозначив свое раскаяние и заслужив снисхождение императора, этот самодовольный индюк решил, что сейчас самое время добить щенка.

Британская армия не смогла, а родной дядюшка сможет!

Меншиков практически физически чувствовал, как все блестящие перспективы, прекрасные планы и надежды только что рухнули.

— Мои отборные, не задающие лишних вопросов наемники готовы кинуться в бой по первому вашему требованию, — с прежним подобострастием склонил голову Меншиков.

Романов кивнул так, словно происходящее было для него в порядке вещей, и с видом поистине императорским отправился знакомиться с командиром наемников, на которого указал Меншиков.

Однако дожидаться печальной развязки Павел Андреевич не стал — едва мужчины принялись бурно обсуждать цель операции, как Меншиков тихонько отошел в сторону, в сторону и… испарился со сцены.

Он не был совсем уж бесчестной крысой, но прекрасно понимал, что этот корабль тонет, а от его смерти вряд ли кто-то что-то выиграет.

Но Павел Андреевич был опытным и ловким политиком, а потому прекрасно знал, кто с удовольствием оплатит его услуги и за чей счет он сможет неплохо жить в Москве. Пусть и без титула, однако, ни в чем себе при этом не отказывая.