Сотни боев проносятся в моей голове, и я растерянно смотрю на медика. Тот, заметив мой взгляд, облегченно выдыхает.

— Князь! Рад, что вы очнулись. Небольшая турбулентность, не стоит беспокоиться.

Князь…

Я на пару секунд прикрываю глаза, сортируя воспоминания, и спрашиваю:

— Где я?

— Княжеский борт рода Ермаковых, — отвечает мужчина, проводя какие-то манипуляции. — Сейчас позову Алексея Михайловича.

Медик порывается уйти, но я хватаю его за рукав:

— Что со мной?

Он вздыхает.

— Список длинный, — честно ответил медик. — Но основное, конечно, большая кровопотеря, ожоги и магическое перенапряжение. Причем последнее высшей степени.

— И что это для меня значит? — нахмурился я.

Мужчина помедлил, осторожно подбирая слова:

— Отвоевались вы, князь. Пока не восстановитесь — магии не будет. А если надумаете выжать из себя ее силком — высока вероятность инсульта, — со значением сообщил он.

— Ясно, — сухо ответил я, откинувшись на тонкую подушку.

О том, что я и без магии могу фору дать некоторым воякам, говорить было неуместно.

— Я все-таки позову Алексея Михайловича, — произнес медик виноватым тоном.

Как будто это он был виноват в том, что по местным меркам я пока не боец.

Пока я обдумывал ситуацию и разделял фантомные боли от реальных, подошел Ермаков.

— Ты как? — спросил парень, присаживаясь рядом на пустующую койку.

— Жить буду, — отозвался я, делая попытку сесть.

— Может, полежишь? — с сомнением спросил Алексей, наблюдая за мной.

— В гробу буду отлеживаться, — буркнул я, не без труда приняв вертикальное положение. — Что случилось?

— Маршируем на Берлин, — улыбнулся Ермаков. — Благодаря тебе с минимальными потерями.

— А ты почему тут? — спохватился я.

Вместо ответа парень чуть оттянул ворот свитера, под которым были бинты.

— Зацепило при налете, — пояснил он. — Не критично, но медики говорят, что по пересеченной местности долго не поскачешь.

Осколочное ранение — это крайне малоприятно. Хорошо, что княжичу глаза не зацепило.

— Ладно, там и без нас, наверное, есть кому повоевать, — произнес я.

Ермаков недовольно дернул щекой.

— Я не хотел лететь. Хотел дойти до Берлина.

— Дойдешь, — усмехнулся я. — Будет какая-нибудь Немецкая губерния, слетаешь в отпуск при случае. Говорят, архитектура интересная у них и пиво ничего. Я бы тоже слетал…

— Боюсь, у тебя с этим будут сложности, — покачал головой Ермаков.

— Почему же?

— Помнишь мага, которого ты завалил, прежде чем отрубиться? — задал он наводящий вопрос.

— Которого из пятерых? — хмыкнул я.

— Последнего.

— А, да… Он еще мне золото-серебро обещал и сотню девственниц.