«Даже думать не смей! — усталость из голоса старика словно вымело. — Поглотив кровь целого города, Марионетка станет так сильна, что потребуется не самый слабый Властелин, чтобы справиться с ней. Да и нет у нас времени. К тому моменту, как появится надзирающий, Марионетка должна быть уничтожена».

Я поминаю дарса, старика и этого самого надзирающего.

Воплю:

— Старик, ты сильно, сильно будешь мне должен!

— Как скажешь! Можешь даже забрать Фатию!

Я снова воплю, на этот раз возмущённо:

— Да что ты такое...

И тут же плачу за это. Стоило лишь малость отвлечься, как я сбился с ритма, который слышал только я, сбился и шагнул Поступью на полступни дальше, чем нужно было.

Нить, которая должна была безвредно скользнуть по Панцирю и пройти мимо, впивается в руку, обжигает невероятной, ослепляющей болью. Только мои тренировки у столба позволили мне удержаться на ногах, только они позволили мне удержать контроль над техниками и уйти и от кровавого шара и от кровавой пики. Но каждый шаг давался мне с огромным трудом, я буквально ощущал, как силы покидают меня.

Ощущения были — не описать.

Я вывернулся, скользнул целой рукой вдоль древка Крушителя, перехватывая его под самым лезвием, рубанул по нити, рассекая её, с ненавистью прохрипел:

— Да сдохни же ты!

И с изумлением увидел, как добавленная в сердцах печать вполне себе закрепилась над Марионеткой. Да, придавила меня к земле тяжестью, но, если отбросить в сторону мою слабость от раны, — вполне себе терпимой тяжестью.

Спустя миг Призрак пробил Марионетку насквозь, вырвал руку, замолотил по Марионетке, заставляя её жидкое тело ходить ходуном.

От его ран не осталось и следа, а я отогнал мысль о том, что за этим стоит.

Выпрямился, убрал правую ногу от выстрелившего из камня шипа и ухмыльнулся.

Я отчётливо вижу, что мой Указ «Смерть» на неё точно действует. Кровавые нити замедлились, шип, который только что пытался меня пронзить — ударил вдвое медленней, чем обычно. Кажется, мы со стариком и Призраком всё же сделали это — убили второй раз всех Предводителей, чью кровь она использовала в своём теле. Осталась ещё сотня жизней Мастеров?

Это ничто передо мной.

Спустя два вдоха печать стала двухцветной, а Марионетка словно рухнула на колени, разом став меньше ростом.

Спустя ещё пять вдохов печать стала трёхцветной, и Марионетка завопила.

Наверное.

В её голове появилась отчётливо различимая распахнутая пасть. Марионетка заколотила руками, словно пытаясь отмахнуться от моей невидимой смерти, но Призрак с лёгкостью уходил от всех ударов и бил, бил, бил в ответ.