— Они правильно говорят или как?

Славик, держась рукой за нос, распухший, как слива, ответил:

— Неправильно они говорят.

— Ну давай свою версию изложи.

— Они к Алёне подкатывать начали, а я сказал, чтоб они её в покое оставили, вот после этого и началось.

— Значит надо ещё Алёну выслушать, — вступил в разговор Высоцкий, снимая свои огромные черные очки, при этом кавказцы со Славиком его сразу узнали.

— Эээ… Владимир Семёныч? — спросил быстрее других соображающий Жорик.

— Он самый, — ответил Володя.

— А можно сфотографироваться с вами на память?

— Сейчас вот Алёну заслушаем, а там видно будет.

Я тем временем заметил, как искомая Алёна потихоньку выглядывает из-за двери подъезда и позвал её:

— Эй, Алёна, не прячься там, лучше сюда подойди.

Она послушно вышла из-за двери и подошла к собравшимся.

— Они действительно к тебе приставали? — спросил я, — а Славик тебя защищал?

— Да, так и было, — ответила она, потупив взор, — вон тот, что повыше, за руки меня начал хватать, поедем, сказал, с нами, пить-гулять будем, шашлык кушать будем и всё такое.

— А ты?

— А я ответила, что не люблю шашлык. А он — да кто тебя спрашивает, любишь ты там чего или нет. А тут и Славик подтянулся. И драка тут же началась.

Слава в моих глазах сейчас вырос на добрых десять сантиметров. А резюме нашей беседе подвёл Высоцкий:

— Вот что, парни, — обратился он к грузинам, — не будет вам никаких фоток, а лучше валите с этой территории, пока целы. Если б я приехал к вам, откуда вы там? В Кутаиси ваше если б я приехал и начал приставать к вашим подругам, что бы вы сделали? Вы же здесь гости, надо с уважением к хозяевам относиться.

Тот грузин, что повыше, видимо он у них за старшего был, аж в лице изменился, казалось, сейчас у него дым изо всех отверстий тела повалит.

— Слушай, кацо, — сказал он, сдерживаясь, по всему своему виду, с большим трудом, — мы здесь везде хозяева, да?

— А это с какого хера, — отозвался на его наезд я, — вы везде хозяева-то? Кто вас, блять, уполномочил на это?

— Нам уполномоченные ни к чему, — гордо продолжил он, — мы сами себя уполномачиваем, да?

— По-моему тут дальнейшие разговоры бесполезны, — сказал я Высоцкому, — тут другие только методы сработают.

— На кулаки намекаешь? — спросил он.

— Ага, на них.

— Вот что, парни, — взял инициативу на себя Семёныч, — фоткаться с вами я точно не буду, вот со Славиком с удовольствием, а с вами нет. Драться нам тоже резона никакого нет, ну что вы в самом деле, самому Высоцкому что ли морду набьёте? Так вас потом половина Кутаиси захочет отмудохать, если узнает. Так что идите-ка вы отсюда подобру-поздорову, пока я добрый.