— На воле никого… ну не считая соседа по дому Вани Синего, а так-то во Владимирской крытке с Буром вместе кантовались, а пока в вагонзаке ехал, ещё с Пашей Ростовчанином и с Бубновым Тузом контакты имел. Со всеми уважительно общались.

— Воры известные, — сказал, немного помолчав Самарский, — про статью свою ещё поясни, чтобы общество в курсе было.

Вздохнул и который уже раз поведал сагу про «Александра Суворова» и последующую экспертизу… короче говоря вписали меня таки в этот барак без серьёзных проблем. В деревообрабатывающий цех я конечно не попал, поработай пилой немного, сказал старший, а там видно будет.

Валили лес мы конечно не обычными двуручными пилами, а бензиновыми, и процесс этот был не сказать, чтобы очень утомительным, но и хорошего здесь ничего не было. Потом ещё надо было опилить сучки, а стволы (тут сосна в основном была, хотя ёлки тоже встречались) надо было закрепить на трелёвочном тракторе, который и уволакивал их частично в деревообработку, а большей частью конечно прямо на станцию, где их в вагоны грузили. Норма была 50 кубов на одного работника, при её выполнении еды накладывали ровно столько, чтобы не падать при ходьбе. А чтобы силы ещё на что-нибудь оставались, надо было зарабатывать усиленный паёк, это 60 кубов — у меня только на второй месяц получилось столько сделать.

И ещё тут КВЧ была, как же без неё, без Культурно-Воспитательной Части, там можно было почитать свежие газеты, взять книжку из библиотеки (с отдачей очень строго было — не вернёшь вовремя или вернёшь, но с недостающими листами, это минимум снижение выработки, а максимум карцер), а вечером там иногда кино показывали… даже «Пикник» один раз был, меня на экране кстати никто не узнал.

И кум тут конечно работал, даже двое их было, кумовьёв — оперативники, вербующие стукачей. Ко мне тоже была пара подходов, но после одной истории с таким стукачком, произошедшей на моих глазах, ничего у них не вышло… нуегонах, жизнь дороже стукаческих поблажек.

И так два месяца прошло, на этом грёбаном лесоповале, а потом ко мне посетитель, значит, приехал. С утра дневальный по бараку сказал, что я никуда не иду, а остаюсь и жду, пока позовут на встречу. С кем, не сказал, но я так сильно подозревал, что с Инной. Ну а мне чего, лучше конечно сидеть, чем лес валить, как говорили древние китайцы — сижу и жду. Через полчаса, когда бригада солагерников уже снялась на ежедневную работу, меня таки позвали. Встречи с посетителями здесь проходили в специальном бараке, он недалеко от входных ворот стоял, а так-то там всегда пусто было. Шмон при входе… заходи и стой лицом к стене справа… налево, третья дверь… у тебя двадцать минут…