«Говорят, у них служат скифы, — промелькнуло в мозгу Тараса, когда он разглядывал колыхавшиеся спины конных мидян, затянутые в панцири и пестрые хитоны, — от тех бы мы так легко не отделались. Скифы, кончено, тоже лучники, но и с копьем не расстаются, да и владеть им умеют».

Атаки прекратились. Приказав отнести раненых спартиатов в тыл и не двигаясь с места еще полчаса, Леонид наконец отвел своих солдат назад к стене. Там они простояли до самого вечера. Однако больше в тот день персы не предпринимали новых атак.

— Не по вкусу им пришлась черная похлебка, — заметил Алкмен, пытаясь рассмотреть сквозь быстро сгущавшиеся сумерки то, что происходило внизу на каменистом плато, занятом персами. Там было заметно какое-то шевеление, но на построение перед новой атакой это было не похоже. Скорее одни части, потрепанные в сегодняшних боях, сменялись другими.

— Ты прав, — усмехнулся Леонид, проследив за его взглядом, — мало на свете людей, способных ее переварить.

— И все они здесь, царь, — проговорил Алкмен, обведя взглядом усталых бойцов, — рядом с тобой.

— Это так, — согласился царь, — мы преподали персам первый урок и больше, уверен, сегодня они не появятся. Но, прежде чем из Спарты подойдет армия, нам предстоит еще не один бой. Теперь надо отвести людей в лагерь.

Он вышел вперед и вскинул руку с копьем, требуя внимания.

— Спартанцы, — громко объявил Леонид, — сегодня вы сражались, как львы, и уже покрыли себя славой, как доблестные сыновья Лакедемона.

Море красных плащей всколыхнулось в едином порыве. Все гоплиты выбросили вверх руку с копьем, приветствуя царя. То же сделал и Тарас, издав победный клич. После первого дня боев спартанцы чувствовали себя победителями. Все подступы к Фермопилам были усеяны трупами персов, а спартанцы потеряли в этот день лишь восемнадцать человек. Но и это была большая потеря для Лакедемона, где ценился каждый гражданин.

— Сейчас я приказываю вам отойти за фокидскую стену на ночлег, вы заслужили его, — объявил царь, — а наше место займут локры[7] числом в пять сотен. Уверен, им хватит храбрости простоять ночь без боя на своей земле в ожидании персов.

Вдоволь насмеявшись, спартанцы отошли за стену, охраняемую вооруженными периеками. Просочившись по одному за эту преграду, что встала на пути персов, спартанцы растянулись цепью и продолжили свой путь к лагерю уже во мраке.

Продвигаясь по узкому ущелью, напоенному серными запахами источников, Тарасу все время хотелось заткнуть нос — такая здесь стояла вонь. К счастью, вскоре проход расширился, и они увидели палатки и костры лагеря, в котором готовились к ночлегу воины остальных греческих полисов.