— Екатерина Владимировна, а вы специализируетесь именно на таких… сложных случаях? — деликатно поинтересовалась мама.

— У меня есть опыт работы с корпоративными документами, — скромно ответила Катя. — Хотя каждая ситуация по-своему уникальна.

— Надеюсь, что-то удастся прояснить, — вздохнула мама. — Очень уж тяжело жить в неизвестности.

Поели мы неспешно, время от времени касаясь нейтральных тем. Мама рассказывала о работах в саду, Лера делилась новостями из писем подруг. Артём поделился впечатлениями от первого занятия с «дядей Тихоном».

Мама, конечно, пыталась узнать больше подробностей о том, чем именно мы занимаемся с Катей, но я уходил от прямых ответов, ограничиваясь общими фразами про изучение документов.

По дороге обратно в кабинет я остановил Катю.

— Много тебе времени потребуется на поиск в сети? — спросил я.

— Для того чтобы составить первое впечатление, мне хватит и часа, — прикинув, ответила она.

— Думаю, как раз за час я и обернусь. Не скучай тут без меня, — подмигнул я. — Кабинет в полном твоём распоряжении.

— Значит, в полном? — прищурилась Катя. — Договорились!

Она убежала наверх, а я на Шуркиной «Ласточке» отправился в деревню.

ㅤ

Зайдя в Шуркину «мастерскую», я непроизвольно замер.

Пикап стоял посередине, под единственной мощной лампой, свисавшей с потолка. Но дело было не в машине — хотя она уже была практически в идеале. Дело было в Шурке, которая явно очень сильно занижала свои способности.

Судя по разбросанным вокруг машины инструментам, она уже сделала что могла традиционными способами. Частично металл вытянула, частично подрихтовала крыло, которое было особенно сильно смято. И вот теперь, когда основная работа была сделана, она с помощью магии доводила до ума.

Шурка стояла рядом с капотом, проводя руками по металлу. От её пальцев исходило лёгкое свечение. Она была полностью погружена в процесс, лицо сосредоточено, брови сведены, на лбу выступили капельки пота, несмотря на прохладу в гараже.

Кот, которого мы вчера спасли, вертелся под руками у Шурки. То запрыгивал на капот, то принюхивался, в общем, активно совал везде свой нос. Ему, очевидно, было интересно то, что делала девушка. В принципе, мне не жалко — главное, чтобы не вздумал мне машину пометить. Но завидев меня, кот тут же прижал уши и убрался с глаз долой.

Кончиками пальцев Шурка провела по поверхности крыла, которое ещё утром было вогнуто внутрь, как смятая консервная банка. И металл ожил. Он не просто выравнивался под давлением невидимой силы. Он плыл, как воск, возвращаясь к своей изначальной, совершенной форме. Вмятины, трещины и сколы на краске, следы молотка — всё исчезло, уступив магии.