— А что вы с ними обычно делаете? — спросил я.
— Обычно на продажу отвозим, — пояснил он.
— Отлично. Тогда продавайте, — кивнул я.
— Так точно! — Тихон по-военному отдал честь.
Стоило мне сесть и захлопнуть дверь, как Шурка тут же нажала на газ.
По дороге девушка болтала без умолку: про модернизацию моего пикапа, про свои победы над «дебильными грузовиками» и ненависть к медленной езде.
— Вообще, я бы вас прокатила быстрее, — она вдруг потянулась к тумблеру под приборной панелью, но передумала.
— Что останавливает? — заинтересовался я.
— Последнего пассажира вырвало на первом же повороте, Ваше Сиятельство, — виновато улыбнулась она.
До усадьбы доехали в итоге быстрее, чем я, когда за демонами гнался. Шурка затормозила, подняв тучи пыли.
— Сутки, и ваш пикап как новый! — пообещала она на прощание. — А если будет желание, можно его и модернизировать!
— Подумаю, — пообещал я.
— Вы не думайте, Ваше Сиятельство! Мечтайте!
Подняв облако пыли, она умчалась обратно в деревню.
Хм, неужели все местные жители — чудаки? Хотя эта, по крайней мере, полезный чудак.
ㅤ
На пороге бункера меня встретил Альфред с каким-то непередаваемо серьёзным выражением лица.
— Как тут? — спросил я.
— Не извольте беспокоиться, господин! — старый слуга посторонился, пропуская меня внутрь. — С госпожами и молодым господином всё в порядке. Они отдыхают с дороги.
— Альфред, я тебя давно знаю, — я внимательно посмотрел в его лицо. — Сказать что-то хочешь, так говори.
— Мне надлежит выполнить волю вашего отца, Ваше Сиятельство. Он оставил мне на хранение документы, с которыми вам обязательно надлежит ознакомиться.
Глава 4 Хорошо все уметь
Кухня бункера оказалась самым обжитым местом: небольшой, но крепкий стол, несколько стульев, светодиодная лампа под потолком.
Я сел за стол, а Альфред на минуту исчез, вернувшись с двумя папками — одной толстой и потрёпанной, второй потоньше, но такой же видавшей виды.
— Не желаете ли чаю, Илья Михайлович? — спросил старый слуга, положив папки передо мной.
— С удовольствием, — кивнул я, уже раскрывая толстую папку.
Даже беглого взгляда хватило, чтобы понять — передо мной отчёт о геологоразведке. Массивный талмуд: карты изолиний удельного электрического сопротивления, схемы профилирования, графики, таблицы, диаграммы. Будь я обычным юным наследником графа, смотрел бы я на эти цифры и графики, как баран на новые ворота. Но опыт прошлой жизни давал преимущество. А там я с такими отчётами дело имел, хоть оформление и отличалось.
— Графит, — произнёс я, просматривая данные. — И судя по всему, месторождение нешуточное.