Всего на броневике в путь отправилось двадцать человек: я, Юлианна, Ксюша, Лилия (правда, инкогнито), Лёня и ещё полтора десятка толковых одаренных с небольшими боевыми дарами. Растет количество охотников у меня, жаль только, что действительно выдающихся по пальцам пересчитать. Ну ничего, дело наживное, раньше было всего несколько человек, теперь несколько десятков, а со временем счет уже на сотни пойдет.
Во время поездки в Саратов я понял одну важную вещь о нашем новом транспорте, которую пропустил во время тестового прогона, а именно что я настолько озаботился броней и поработал даже над щелями, чтобы не налили чего-нибудь вроде кипящей смолы внутрь, но это приводило к некомфортности длительного путешествия. Машина нагревалась на солнце, и внутри двум десяткам людей очень быстро становилось душно. Система вентиляции имелась, но работала недостаточно хорошо.
Что ж, это будет первая вещь которую я исправлю по возвращении. Пока же пришлось открыть башню, и Ксюша, пользуясь возможностью, высунулась, довольно подставив лицо ветру, но из-за особенностей её конструкции ветер внутрь практически не задувал.
В остальном путь прошел довольно быстро. Я был за рулем, Юлианна сидела на месте штурмана, остальные воины о чем-то разговаривали позади.
Спустя несколько часов на горизонте замаячил Саратов. Крестьяне, работающие на полях за городом, с некоторым ужасом восприняли появление странной самодвижущейся повозки. А когда броневик подъехал к городским воротам, их и вовсе закрыли, чтобы нас не пускать, а на стенах собрались стрельцы.
Тут пришлось уступить место водителя Юлианне, она тоже немного поучилась и быстро сообразила, что к чему, а сам забрался на броневик и встал в полный рост, торжественно объявив:
— Сообщите князю саратовскому, что прибыл барон Градов со своими людьми!
Глава 3
— Ваша Светлость! Ваша Светлость! Там это… Это… — забормотал Иван Кабанов, вбегая в приемную князя, где он общался с прибывшими несколько дней назад гостями. Фломелии этот человек не нравился, слишком уж лебезил перед ней, попутно пытаясь её потрогать, и неважно, за какую именно часть тела. Раздражающая черта, за которую в другой жизни бывшая вампирская богиня оторвала бы ему руки, а тут приходилось изображать из себя недотрогу.
Князь на столь бесцеремонный поступок слуги грозно зыркнул взглядом, и Иван мгновенно виновато потупил взгляд, но уже через секунду стал с выпученными глазами рассказывать о какой-то большой повозке из железа, которая без всяких коней прикатила прямо к воротам города. Воевода, как завидел эту чудо-штуку, так и вовсе приказал ворота запереть и стрельцов созвать.