Мы дали клич по местным землям, что ищем народ на работы и хорошо за это платим. Пока люди шли не так охотно, как хотелось, но Борис заверил, что к зиме эффект будет намного лучше. Сейчас многие заняты сельским хозяйством, а вот зимой, когда работы в хозяйстве станет меньше, многие крестьяне захотят подзаработать в этот период.
В общем, прямо сейчас работа в мастерских шла днём и ночью, в несколько смен. Всем приезжим предоставлялось жилье, бесплатное питание и другие приятные привилегии. Я прилагал все силы для того, чтобы люди сами хотели приходить ко мне работать. В будущем я даже собираюсь сделать что-то вроде пенсий за выслугу лет, но это в далеких планах.
Сама атмосфера в Вольнове сильно поменялась. Раньше нижнереченцы относились ко мне с некоторой настороженностью, но за это время все их тревоги сошли на нет, да и одаренных у нас стало так много, что магия перестала быть чем-то удивительным, превратившись в обыденность. Все мне были рады, никто больше не сомневался в моих решениях и не выказывал опасения. Если я говорил что-то делать, люди просто делали, не задавая лишних вопросов.
Уже открылась школа, и мы даже смогли выцепить одного преподавателя из Голвановска. Это городок в четырех дневных переходах от Саратова, и теперь он на пару с Софьей обучает всех желающих. Детей в обязательном порядке, хоть родители их не очень этому рады, а вот взрослых — уже по желанию, но я также объявил, что грамотным будет выдаваться премия, отчего желающих учиться стало заметно больше.
На севере, в Серопрядово, как и было задумано, сумели организовать форт. Как раз несколько дней назад геоманты завершили его формирование, и я даже съездил туда для проверки, чтобы убедиться, что все как надо. Местные этому не сильно обрадовались, но когда к вам приходит несколько десятков вооруженных солдат, хочешь — не хочешь, но придется терпеть. Тем более что с местными в прямую конфронтацию вступать я запретил, но один эксцесс случился. Одному землепашцу показалось, что солдат как-то неправильно засматривается на его жену. Слово за слово, и тот напал на солдата с топором, в результате чего был застрелен.
Семье мы выделили компенсацию, но несмотря на недовольство местных, наказывать солдата не стал. Судя по тому, что я услышал, конфликт начал именно крестьянин, и первым за оружие взялся тоже он, а нападение на солдата — это, как ни посмотри, тяжкое преступление. Любви к нам серопрядовцам это не добавило, но дополнительные заработки никому не мешают, тем более что в мастерской мы уже произвели первую гражданскую машину: трактор, способный пахать и сеять. За какую-то неделю мы перепахали все доступные поля в Вольнове и отвезли машину в Серопрядов.