их три-четыре человека. Дети, братья, внуки… Но восемь сотен, да еще и с твоей фамилией… Это у меня в голове не укладывается. И какой ты по счету? — Семьдесят пятый, — признался Юлий. — Ишь ты, — восхитился Клозе. — Семьдесят шестой. У маркиза Дюваля на днях родился сын, — сказал Асад. — И слава Богу, — сказал Юлий. — Да, Аллах велик и милостив, — согласился Асад. — Так со мной за одним столом сидит человек почти императорских кровей? — Вот именно «почти», — сказал Юлий. — Передо мной семьдесят пять человек, и с каждым годом этот список все увеличивается. К счастью, у меня нет никаких шансов заполучить эту работу, и я бы предпочел, чтобы меня вообще вычеркнули из списка. — Список велел составить Петр Первый, который не хотел, чтобы после его смерти началась война за престол и Империя бы распалась с гибелью того, кто ее создал, как это часто бывает. По его высочайшему повелению был составлен список, в котором тщательно указывалось, кто, кому и в каком порядке наследует. Но, по сути, шансы иссякают уже для второй части первой десятки, — рассказал имперцам гражданин планеты Хорезм. — Откуда ты все это знаешь? — восхитился Клозе. — Он же шпион, забыл? — сказал Юлий. — Семьдесят пятый! — воскликнул Клозе. — Семьдесят шестой, — сказал Юлий. — Надеюсь, Гай когда-нибудь женится и передо мной вырастет целая новая ветвь наследников. — Ты не хочешь стать императором? — удивился Клозе. — Никто в здравом уме не хочет стать императором, — сказал Юлий. — Петр Первый хотел стать императором, — напомнил Клозе. — И стал. — Я же сказал: никто в здравом уме, — сказал Юлий. — И замнем наш разговор на этой крамольной реплике. — Семьдесят шестой! — восхитился Клозе. Глава 4 Клозе теперь не отступал от него ни на шаг. Боялся повторения попытки Юлия утопиться в воде и коньяке одновременно. Клозе был настолько впечатлен дальним родством Юлия с правящей фамилией, что стал считать себя ответственным за столь благородную кровь. Юлий надеялся, что у него это быстро пройдет. Когда Юлий был молод, глуп и занимал в пресловутом списке наследования шестьдесят восьмое место, он был очень горд тем фактом, что является не просто дворянином, но стоит на верхней ступени иерархической лестницы. А когда он был ребенком и занимал шестьдесят пятую строчку, он даже мечтал, что когда-нибудь сам займет место верховного главнокомандующего и будет править железной рукой. Сначала он научился считать и понял, что этого никогда не случится, а потом он научился думать и остался весьма доволен тем фактом, что