— Ярослав Владиславович! — чуточку возмущённо постарался призвать меня остепениться Высоцкий.

Но это было лишь игрой.

Наш глава делегации прекрасно знал, что я подниму эту тему. Мы уже всё обговорили до прибытия ушастого сопровождения. Так что я предупредил, что общаться стану не слишком доброжелательно. В делегации обязан быть тот, кто привлекает на себя всеобщее внимание эльфов, и этим человеком стану я. Это позволит остальным дипломатам спокойно проворачивать свои дела незаметно.

Кому будет важно, что та же Вера Михайловна отвела в сторонку благородную эльфийку для приватного разговора, если в этот момент человеческий эннар привлекает всеобщее внимание, ведя себя, как невоспитанная обезьяна с гранатой. Конечно, я утрирую, но на некоторый эпатаж всё-таки пойти придётся.

Мы все здесь в первую очередь исполняем волю государя, и мне не зазорно выполнить приказ. Не будет урона чести Князевых в том, чтобы спровоцировать парочку дуэлей и шлёпнуть по заднице несколько благородных девиц с иной формой ушей. А вот провалить доверенную работу — вот это будет позор.

Я не просто так посещал кабинет в Министерстве иностранных дел. Несмотря на то, что у нас сейчас большое официальное посольство, информацию Российская Империя собирала уже давно. Всё это попадало на бумагу и под гриф секретности, а после оказалось в моих руках.

Практически у каждого члена делегации помимо основных задач есть и свои приказы. Кто-то будет устанавливать контакты с заранее известными агентами, кому-то предстоит искать новых эльфов, готовых торговать своей верностью. И для того, чтобы у них была такая возможность — на сцену должен выйти я.

Лицо ушастого тем временем не изменилось ни на йоту. Он всё так же смотрел равнодушно на меня, как и прежде. Хотя глаза, разумеется, выдавали, что его моё поведение задевает.

— Именно ради этого я и привёл свою гвардию, эннар Князев, — сообщил он. — Чтобы никто более не посмел посягнуть на вашу безопасность.

— Каким именно образом вы будете её обеспечивать? — поднимаясь на ноги, уточнил я. — Сообщите соратникам, что теперь с нами едете вы, и потому остальным членам «Серебряного рассвета» не стоит на нас покушаться?

Вот теперь его глаза опасно сузились.

— Вы желаете в чём-то меня обвинить, эннар Князев? — ледяным тоном уточнил он.

Наступил тонкий момент, развилка, после которой он либо умрёт от моей руки, либо мы сможем нормально работать. Уязвлённый подозрением в сотрудничестве с «Серебряным рассветом», эннар Синион приложит все усилия, чтобы доказать, что это не так.

— Я всего лишь предупреждаю вас, эннар Синион, — улыбнулся я, поправляя пиджак. — В случае если я заподозрю, что вы нас предали, я уничтожу вас и всех, кто попытается встать на вашу защиту.