— Да я скорее за отца переживаю, — произнесла девушка, но без всякого страха. — Он-то не видел тебя в том капище. Или в подземелье.

— Кстати, все хотел тебя спросить по этому поводу. По поводу тех странных культистов. Кто они такие?

— Я на самом деле это у тебя хотела спросить. Это они же тебя призвали.

— Нет, — рассмеялся я. — Они на мне знатно так обосрались. Не знаю, кого они пытались призвать, но точно не меня.

— Понятно. Я и сама не знаю, кто они. На брифинге сказали, что очередной культ поклонников Бездны, такие каждый год появляются, ничего нового. А потом оказалось, что за нами Иерихон отправили.

— Иерихон?

— Слушай, — замялась Елена. — Это вот прямо совсем-совсем секретно. И я сама толком не знаю. Честно, не та тема, которую хотела бы обсуждать.

— Не вопрос, — не стал я давить. Тем более информация уже есть, это можно раскрутить.

— Слушай, я еще хотела спросить. Та штука в подземелье? Когда время будто бы замедлилось.

— Не стоит в это лезть, — серьезно ответил я. — Но можешь быть уверена, что она больше никому не угрожает.

Тут дело даже не в доверии. Просто сейчас Елена относилась ко мне как к человеку, который каким-то неведомым способом стал очень силен. Скорей всего, она сравнивает меня с местными абсолютами. Одаренными, что могут показывать невероятные способности даже по меркам этого мира.

Но если я объясню ей, с чем мы тогда столкнулись и что я сделал… Вряд ли она сможет и дальше считать меня человеком. Мне самому потребовалось немало времени, чтобы убедить себя в том, что я все еще человек. Это сейчас сделать просто, когда у меня три глаза, а по силам я болтаюсь где-то на уровне чуть выше среднего одаренного в местной иерархии.

А когда мог целые миры читать, словно открытую книгу, считать себя обычным — довольно трудно. Правда, тут я помог одной из древнейших сущностей мироздания ранить другую древнейшую сущность мироздания, да еще и остался жив. Очень гармонирует с моими словами о том, что я всего лишь человек, ага.

В общем, мне нравилась сама возможность того, что я хоть с кем-то могу открыто говорить о себе. И я не хотел эту возможность терять.

— Ярослав написал, что моя охрана… В общем, нам пора возвращаться.

Мы встали с лавочки, и девушка неожиданно подошла ближе и обняла меня. Крепко. Затем, чуть отстранилась и посмотрела в глаза с игривой улыбкой.

— Мороженое и обнимашка. Как заказывал.

Мы постояли так еще несколько секунд, после чего Елена все же отступила на шаг, поправила прическу и вновь улыбнулась.

— Спасибо за вечер, — произнесла она.

— И тебе, — улыбнулся я. — Пойдем, не будем заставлять твоего отца хмуриться еще сильнее.