* * *

Сказано — сделано.

Весь вечер и утро нас гоняли по разным брифингам, инструктажам и прочему. Мне выдали артефактную имперскую броню, причем усиленную. Я даже ни разу такой не видел. Зря сказал, что я физовик, броня весит столько, что я бы даже Урсуса пожалел в нее одевать. Ладно, шучу. Не пожалел бы.

Но выглядело и правда мощно. Абсолютно бесполезно для моего стиля боя, но мощно.

К обеду нас всех отвезли на аэродром, где и загрузили в дирижабль. Вблизи эта махина выглядела еще более впечатляюще. Следы недавнего боя уже закрасили, да и немного их было, почти никто из тварей не смог прорваться через энергобарьер.

Пока поднимались, я все пытался найти знакомые лица, но никого не увидел. Капитан Федоров поведет второй отряд, скорей всего Елена с братьями будут там, если вообще будут. Все-таки операция выглядела куда как более рискованно.

Нас утрамбовали в десантный отсек, из которого вытащили все кресла и капсулы, чтобы больше людей влезло. У каждого имелся личный автоматический парашют, а ранцы снабжены системой корректировки полета.

— Привет, — поздоровался я с хмурым парнем, который сидел рядом со мной на брифинге.

— А, и тебя в смертники записали.

— Не стоит так скептично мыслить. Мысли материальны, знаешь ли.

— Расскажешь, когда выберешься из этой жопы.

— Слушай, ты сказал, что Юсупова называют павшим архимагом. Почему?

— Потому что он давно упал в ранге. И силы у него не те, что прежде.

— Откуда информация?

— Да все это знают. Этот старик действительно часто идет в бой с бойцами, тут к нему вопросов нет. За это его уважают, да и как военачальник он людей бережет. Обычно. Но вот сослуживцы рассказывают, что в последние годы он уже не тот, что прежде.

— Правда? По виду и не скажешь.

— Он все еще силен, как одаренный. Очень силен. Но гром ему больше не подчиняется, как говорят. Остались только мелкие фокусы в рукаве. Раньше он мог в одиночку выступить против целой армии и победить. Похоже, на старости лет потеря силы ударила в голову, раз он решил еще и нас с собой прихватить.

М-да, боевой настрой, ничего не скажешь. Я попытался отвлечься, разглядывая пейзажи в иллюминаторе, но за окном были только облака. Что творится на земле — я не знаю, мы вылетели еще до начала атаки и сделали большой крюк, чтобы подлететь к точке высадки с другого края.

Ближе к вечеру раздался сигнал, что начинаем снижаться. И вот тут началось представление. Земля еще не успела показаться в иллюминаторе, а нас уже оглушило какофонией стреляющих орудий. Когда облака остались позади, я увидел лишь пламя.