В бездне черных глазах напротив сверкнула усмешка.

— Говоришь как идеалист, — заметил Сэл. — На самом деле благословение — это бизнес, очень большой бизнес… Рай строится на порядке. А порядок — это вера, что все так, а не иначе. Разумеется, сама по себе вера всего лишь пустышка, которую можно наполнить чем угодно. Однако все, кто поддерживают этот порядок, делают пустышку реальной. А благословение — это их оружие, чтобы давать голос удобным и затыкать неудобных…

— Это уже не бизнес получается, — проворчал я, — а какая-то монополия.

— Порядок и есть монополия. Диктат того, кто сильнее. А сильнее рая нет никого.

Слова будто ударили — настолько уверенно они звучали, не предполагая ни малейшего сомнения. Таким тоном обычно говорила Би — вот только она говорила совсем другое.

— И что ж вы больше не с раем?

— А кто говорит, что быть под сильным хорошо? — отозвался Сэл. — Мне надоело прогибаться под глупый порядок. В том числе из-за них. Этих фруктов… — он подхватил одно из яблок, лежавших в вазе на столе. — Сначала принимаешь, что их нельзя, как должное. Но потом в один момент думаешь, почему нельзя? В них есть что-то особенное?..

Говоря, он крутил яблоко, и в приглушенном свете кафе оно, казалось, наливалось краснотой прямо в его руках.

— Дальше ангелы делятся на два типа: одни их ненавидят, а другие пробуют и сваливают. Поэтому и называется Древо познания. Ты познаешь себя. И знаешь, какой вкус у свободы? — Сэл ухмыльнулся. — У свободы вкус шарлотки!

Опустив фрукт на стол, он толкнул его пальцем. Яблоко с шумом покатилось ко мне, и, разжав руки, я машинально его подхватил.

— Мое падение было падением всего рая. Я подорвал их порядок! — ухмылка напротив стала еще довольнее. — И они оба верят, — Сэл неопределенно показал на мою грудь, разом обведя и болтавшийся на ней значок, и место, где раньше висел медальон, — что ты тоже можешь подорвать этот порядок… Ты же в курсе, — он вновь подхватил ложку, — что на тебе ставят эксперимент?

Мои пальцы с силой стиснули кожуру. Вообще-то нет. Но я даже не удивлен: если подумать,кое-кто ставила на мне эксперименты с самого первого дня знакомства, как только надела на мою шею свой медальон.

— Они думают, — Сэл отломил кусочек шарлотки, — что с этим значком обычный человек может стать равным им и сумеет противостоять райскому благословению…

Чертик ехидно скалился на моей груди, словно напоминая, как сильно я отличаюсь от хозяина этого железного кругляшка.

— По-моему, не работает, — проворчал я, забрасывая яблоко обратно в вазу.

— Вот и я им говорил, — охотно согласился Сэл, — и ей, и ему, что не сработает. Но надежда же остается…