В этой нижней точке здания, то и дело издающего долгий стон и мечтающего уже поддаться гнету города и морской толщи, зазвучали первые надтреснутые голоса рядового состава, выявив самых испуганных и усталых. Эти голоса предлагали на этом остановиться и возвращаться уже назад — добыча найдена, убито две флеборры, все заснято на камеры, все получили драгоценный и опасный опыт исследования подводных руин… Никто не упрекнет, а похвалить похвалят.

Я обрадовано приподнял жопу — трусливые гоблины дело говорят! — и опустил задницу обратно, когда коротко посовещавшиеся лидеры ответили отказом. Мы идем дальше. Особенно сильно настаивала на продолжении путешествия лидерша зеленых — мускулистая и рослая девка с короткой армейской стрижкой, близко посаженными к переносице жесткими серыми глазами и таким мощным подбородком, что на него буквально просилась небритость для завершения образа.

Ну дальше так дальше…

Привычно отмечая настрой окружающих, я буквально кожей ощущал их растущее недовольство и делал машинальные выводы. Херово их дрессировали. Обучали, может, и хорошо, а вот дрессировали херово. Ну и как всегда поступают тупые харизматичные лидеры, они набрали сюда слишком много друзей и подруг, кого-то из личного круга, тех, кто считает себя почти равным, и тем самым поломали жесткую вертикаль власти — а это всегда херово и всегда ведет к проблемам.

Радостно и неосознанно иллюстрируя мои ленивые размышления своим слюнявым бормотанием, один синий упырок все не унимался в нытье, уже не скрывая свой страх и понемногу заражая им остальных. Его пытались заткнуть, но через какое-то время он начинал снова. И его терпели. А я бы не стал. Я бы ему уже глотку болтливую перерезал от уха до уха, с хрустом позвоночника отогнув башку назад так, чтобы фонтан крови омыл потолок. Будь мы там, наверху, под солнцем — просто избил бы до потери сознания. Но здесь избить не получится — не сможет продолжать нелегкий путь.

Хлоп…

Поймав хлебалом жесткую оплеуху от зеленой лидерши, упырок резко заткнулся и шустрее зашагал по очередному безликому коридору, всплескивая воду. Остальных это тоже взбодрило. А я уже протискивался в следующую склизкую нору и думал над тем, когда в этом мертвом лабиринте повстречается очередная флеборра…

Мы отыскали еще две настенные надписи, преодолели еще несколько миль расстояния, размазанного по хаосу вокруг как по горизонтали, так и по вертикали, прикончили еще одну флеборру и двух иных ползучих монстров, едва не потеряли четверых во всех этих делах и наконец в последнем рывке поднялись метров на сорок, оказавшись ориентировочно не так уж далеко от каналов Церры, где и остановились в большом бетонном помещении с почти ровным полом. И здесь, спустя часы после первой робкой попытки бунта, лидерами нашего бравого похода было сделано торжественное заявление о достижении финиша. Дальше — только вверх. Совместное заявление было встречено усталой радостью всех без исключения — ну, кроме меня, а на меня всем было плевать. Но как командир, я был бы согласен с этим решением — хрен с ним, с рядовым составом, из него еще можно что-то выдавить железной рукой, но экзы… их ресурс почти исчерпан. Они уже жрут резервные батареи, запаса хода часа на три и только в том случае, если им не придется слишком разгребать завалы и пробивать путь. Если промедлим, то волшебные древние доспехи превратятся в не менее волшебные, но абсолютно бесполезные статуи.