— Не преследовать,- даю команду своим воинам. — Пусть остатки бегут обратно к хану. Ну а призванные не дадут им остановиться и, может быть, ещё и там наведут шороху.

— Но…

— Спокойно, Гил’Тессеракт, — сбавляю накал эмоций у взбудораженного множеством крови и смертей мучителя. — Их всё ещё больше, значительно больше нас. Не этих, — взмах в сторону остатков посланного по мою душу ударного отряда. — Других, которые в становище Бахмут-аль-Баграма. Вот пусть увидят, что сталось с самыми «сильными и гордыми» Первыми людьми, «возлюбленными потомками Тенгри-хана». Пусть уцелевшие заразят новым страхом тех, кто ещё на что-то надеется. Вот тогда мы и ударим. Снова. Призывами и не только. И будем бить до тех пор, пока…

— Пока они не утратят остатки боевого духа и не станут отступать.

— Сперва отступать, а потом бежать, — поправляю верную в целом мысль мучителя. Так чтоб это слышали все, а не только он один. Голос дублирую и магической связью с нужными, хм, абонентами. — Каждому свое. Им — бежать. Нам — преследовать. Только осторожно, не увлекаясь сверх меры, ведь пока мы тут будем разделывать на «кровь, кишки, потрошки» степняков Бахмут-аль-Баграма, к Новому Кадафу подкатывает вторая орда. Зелёная. Орочья, под знаменем Грашш-Нака. А это, скажу я, противник заметно более серьёзный, пусть и обладающий всего двумя доменами, а не четырьмя.

Немного времени «на переварить» полученные сведения. Сейчас особо горячим головам в моих войсках это жизненно необходимо. А то ведь и впрямь могут чрезмерно увлечься, забыть об обще стратегии в угоду сиюминутным тактическим успехам. Ах да, чуть было не забыл, привыкнув уже за минувшее время к тому, что вопрос пленников в случае со степняками, Единением и прочей швалью или не стоит в принципе, или работает в варианте «как пойдёт, так и будет». Сейчас ситуация малость изменилась по причине моего желания провернуть один финт ушами. Простенький, но при успехе могущий принести неплохие дивиденды.

— Всем, — обращаюсь к командирам отрядов и групп, участвующих в сражении. — Если будет возможность без лишнего риска пленять степняков из числа разных там беков/нойонов, а также мобедов — я буду доволен сверх обычного. И нужны они будут в разговоропригодном и даже не сильно покалеченном виде. Есть мысли с их помощью сделать осмелившемуся напасть на нас хану ещё хуже, чем он может ожидать. И ему, и его советникам-сподвижникам, и вообще всем мало-мальски причастным. Надеюсь, вы меня услышали.

Последние слова были лишними. Гарантированно и услышали, и поняли, и постараются выполнить не прямой приказ, но пожелание. Демоны, надо знать их особенности — как помогающие, так и способные доставить определённого рода проблемы. Дети Инферно, родные и приёмные, они любят силу. Не только и не столько грубую — сила есть, ума не надо, это не про них… не про аристократию… не про большую часть оной. Инферны превыше всего ценят те грани силы, которые дают их обладателю власть, причём опирающуюся сразу на несколько опор, из коих клинки являются лишь одной и далеко не самой важной. Умение убеждать, интриговать, проворачивать сложные политические и военные комбинации, договариваться с союзниками и натравливать друг на друга врагов — несть числа тому, что должен уметь тот, кто хочет стать действительно успешным аристократом Инферно. Не низшим аристо, а тем, кто хотя бы в средней прослойке обретается, при этом стремясь достичь высокого положения. Для начала уровня герцога, а уж потом… И вассалы любого князя видят и чувствуют наличие или отсутствие подобного рода стремления. Имеющие достаточный разум ещё и понимают, насколько успешен их князь в этих своих стремлениях. Если стремление есть, равно как и успех имеет место быть — бунт и даже возможность тлеющего недовольства снижается в разы. Хотя отслеживать ситуацию всё равно надо — демоны и интриги, особенно с целью получить власть, они неразделимы.