Мерное покачивание в седле, разные мысли. Далеко не всегда хорошие, но ввергающие разум в особенное состояние. И тем неприятнее было «пробуждение» от встревоженного голоса Паоло, оруженосца:

— Демоны, мессир. Много демонов, очень. И летающие в том числе.

Паоло выговаривал слова чётко, старался не показывать охватывающее его волнение, но Луи де Ланье слишком давно воевал, слишком долго был сперва на службе Ордену, Империи, а потом и на вольном найме. Вот и научился понимать не только произносимое, но и оставшееся не изречённым. Как сейчас.

Прелат ожидал чего-то подобного, хоть и не был в том абсолютно уверен. Его войско могли как постараться перехватить по дороге в Фарас Шабаа, так и подождать, пока оно не доберётся почти до крепости. Но даже если бы оказался верным второй вариант — ускользнуть от наблюдения с воздуха, магического и посредством обычных летающих созданий, разумных и нет, не представлялось возможным. Сила демонов заключалась ещё и в том, что даже среди более распространённых их воинов имелись как минимум два летающих вида. И это даже если не считать вездесущих бесов, которые летать хоть и могли, но и уставали достаточно быстро, и полёт был невысоким, да и скорость красных уродцев, к счастью, была невелика.

— Я тебя понял, Паоло, — должный, по всем правилам имперского этикета, кивок, что должен был показать принесшему весть благоволение, но в то же время не дать чрезмерно возгордиться. Это всё настолько въелось и в привычки, и в саму душу де Ланье, что прелат даже не пытался с этим что-либо делать. — Пусть Амазат-нойон передаст своим степнякам о необходимости останавливать войско, разворачивать в оборонительное построение по третьей схеме. С усиленным отражением магических атак с воздуха.

— Так и сказать про варианты, мессир?

Тяжёлый вздох прелата, после чего последовало уточнение:

— Обскажи так, как он должен услышать, что сможет понять его скудный разум, витающий в облаках того, что он курит по много раз на дню. И чтоб при каждом нойоне, беке, мобедах был кто-то из наших.

— На всех не хватит.

— При тех, кто «приклеен» к каждому из чтящих Владыку Света, Паоло. А мне нужно поговорить с братом.

Оруженосец, теперь окончательно поняв требуемое, поспешил удалиться, втолковывать туповатому Амазат-нойону, к тому же перепуганному как натиском демонов, так и возможностью впасть в окончательную немилость у Бахмут-аль-Баграма, стремительно меняющиеся реалии маневренной, но в то же время правильной войны в степи с опасным противником. Действительно опасным, поскольку младший из братьев де Ланье умел смотреть на мир без туманящих взгляд линз из «хрусталя» надежд и самообмана. Он, несмотря на требующиеся серьёзные затраты маны, часто посредством связного амулета разговаривал с Шарлем. Сам говорил, слушал брата, делал соответствующие выводы из известного им обоим. И были эти выводы… так себе.