Похоже, место для помывки у Папы в контейнере не было предусмотрено.

— Вот! — торжественно протянул он нам небольшую деревянную коробочку. На крышке была выжжена надпись: «МАНОМЕТР».

Крышка коробочки была на петлях, а закрывалась небольшой защёлкой. В общем, ящичек был добротный и аккуратный. Длиной он был сантиметров пятнадцать, шириной десять, ну и высотой чуть поменьше.

Папаша бережно отщёлкнул замочек и открыл крышку. Внутри, утопая в красном бархате, лежала какая-то штука, похожая на старый кнопочный телефон, но без кнопок. Зато с небольшим квадратным экраном. Корпус устройства был чёрным. На крышке ящичка был кармашек, из которого торчало что-то бумажное. Наверное, как и говорил Папа, инструкция.

— И как это работает? — спросила Инко, поскольку инициатива в разговоре уже давно перешла к ней.

— Берёшь, прикладываешь ко лбу обратной стороной, там есть стеклянный кружочек специальный, и смотришь на экран. Там появятся цифры, это и будет твоё количество маны в организме на данный момент, — сказал Папа.

— Я испытаю? — спросила Инко.

— Конечно! — сказал Папа, но по голосу чувствовалось, что он, конечно, не очень хочет, чтобы мы брали в руки манометр, пока он не наш. Но разрешил, так разрешил.

Инко взяла «телефон», повертела в руках, разглядывая, и спросила у Папы.

— А как его включать? Батарейки, наверное, нужны какие-нибудь?

— Нет, — сказал Папа, — там, в инструкции всё написано. Он включается автоматически и работает от маны того, кого измеряют, но использует сущий мизер. Так что, за это можете не переживать.

— Ясно! — сказала Инко и не то что приложила, а буквально впечатала манометр мне в лоб.

— Ого! Двести восемьдесят четыре! — уважительно сказал Папа, — у моих ребят в среднем по пятьдесят или шестьдесят, больше практически не бывает. У меня до восьмидесяти доходит, максимум!

— Ну-ка, дай я тебя померю! — сказал я, одной рукой забирая у Инко манометр, а другой, потирая ушибленный лоб.

— Обалдеть! — воскликнул Папа, когда увидел цифры на экране, — семьсот двенадцать! Да ты, деточка, просто склад с маной.

— Ты, старый, на чужую ману ротик-то не разевай! — усмехнулась Инко.

— Да нет, куда уж мне! — махнул рукой Папа, — даже если бы и хотел, как я смогу у тебя ману забрать? Да и не нужна она мне. Что я с ней буду делать? Просто удивился, что у тебя её так много.

— Ещё не понятно, можно верить этим цифрам или нет, — сказал я, — может быть, это всё произвольные числа выскакивают на экране.

— Да нет, своих ребят я многих проверял, у них, у всех близкие значения. А у вас вон сразу совсем другие, намного выше, — сказал Папа, — ну так что, дельная вещь?