— Так, бурелом же вокруг, — сказала баба, — и мы его ещё всё время увеличиваем потихоньку.

— Ты переоцениваешь эту свою защиту, — сказала Амина, — мы сюда пришли без особых проблем, а им было бы ещё проще. Чудо, что вы до сих пор живы.

— И что же делать? — растерялась баба.

— Уходить потихоньку домой, а когда чёрные отсюда уедут… а мы думаем, что рано или поздно уедут, идти за своим урожаем и надеяться, что он всё ещё цел, — сказал я.

Баба крепко задумалась. Возможно, у неё было своё видение ситуации, в котором их тайное сидение на огороде казалось ей вполне безопасным, но услышав про оборотней, она пересмотрела свой подход. Теперь ей было очень страшно.

— А вы никого сюда не приведёте? Не будете здесь ничего воровать? — спросила она.

— Если ты заплатишь нам, то не будем, — сказала Амина.

Я хотел ей возразить, но вдруг понял, что она не всерьёз и не стал.

А вот баба отнеслась к её словам максимально серьёзно.

— А что же ты хочешь? — осторожно спросила она.

— Ты говорила, что помидоры здесь выращиваешь? — сказала Амина, — так вот, два больших сочных красных плода будут достойной платой, чтобы мы отсюда ушли и навсегда забыли про это место.

— Два помидора? — опешила баба, которая ожидала, что ей сейчас выкатят какую-нибудь неподъёмную цену.

— Да, — кивнула Амина, — что, это слишком дорого для тебя?

— Да нет, — поспешила согласиться баба, пока цена неожиданно не выросла, — меня такое вполне устраивает! Игорёк, — обратилась она к сыну, — найди два самых больших и самых вкусных помидора и отдай их нашим гостям.

Парнишка злобно зыркнул на нас глазами, которые блеснули в лунном свете, но приказа матери послушался.

Не прошло и минуты, как баба вручила Амине два больших помидора. Амина передала их мне, а я убрал их в контейнер с остатками каши, где места было предостаточно. А то, если их просто засунуть в рюкзак, наверняка раздавятся.

— Всё, мы можем идти! — сказала Амина, — будем благодарны, если вы покажете нам, как выбраться отсюда наиболее лёгким путём, а то лезть через ваши завалы больше не хочется.

— Конечно! — с готовностью сказала баба, видя, что мы, в самом деле, собираемся уходить, — Игорёк, сиди в шалаше и жди меня. Носу из него не высовывай! — строго сказала она сыну.

Тот нехотя послушался и побрёл куда-то в темноту. Я с удивлением подумал, что за всё время парнишка не сказал ни слова.

— Он немой, что ли? — спросил я у бабы.

— Немного, — вздохнула она.

— Как это немного? — удивилась Амина.

— Ну, он говорил раньше нормально, а потом его напугали сильно, он и замолчал. И вроде говорить умеет, да не говорит. Вот и поди пойми, немой они или нет? — с горечью в голосе сказала баба.