После ректора ещё выступали деканы факультетов. Хорошо ещё, что они обошлись краткими поздравлениями, а не стали рассыпаться в тонкостях обучения.

Славословия закончились, когда снова встал профессор Вертинский и провозгласил:

— Положите руки на выпуклости столешницы и подумайте о тех блюдах, которые вы хотели бы сейчас поесть. Учтите, что выпуклости заодно проверяют характеристики вашего тела, массу, состояние жидкости, жира и прочего. Регуляторы соотнесут характеристики с меню, и вы получите ровно столько углеводов, белков и жиров, сколько нужно для оптимальной жизнедеятельности. Если вы слишком худой, то регуляторы помогут набрать вес, а если слишком полный, то вес окажется сброшен. Вы будете есть любимую пищу, и она будет невероятно полезной для вас. Да, Академия заботится о своих студентах. Приступайте!

Положив руки на выпуклости, я ощутил легкое покалывание, как будто к выпуклостям были подведены провода с током. Мишка даже сперва отдернул руки, но потом, глядя на независимое лицо Нины, положил руки обратно.

Я не стал выбирать своё любимое блюдо из прошлой жизни. Думаю, что моё нынешнее тело неспособно выдержать огненную плазму и металлические грушидзы. Поэтому я представил обычную кашу и хлеб. Благо всё это я уже пробовал в доме мамы.

Зазвучала негромкая музыка. Что-то струнное и приятное уху. После этого со стороны облаков на небе начали вылетать небольшие цветные подносы. Эти подносы плавно опускались с «неба» и вставали перед студентами.

Черные подносы приземлились на наш стол.

— Ого, ничего себе, — вздохнул Мишка. — Курица-гриль, картошка и огурцы. Офигеть, а ведь я просто попытался представить вкуснятину.

Я взглянул на его поднос. Что-то поджаренное, напоминающее бумеранг. Рядом белая масса, напоминающая плевок стигариута. Зеленые продолговатые плоды, выпирающие пупырышки на кожуре.

— Дашь попробовать? — спросил я. — Вдруг понравится?

— А ты что, никогда такого не ел? — спросила Нина, сидящая по другую сторону от меня.

— Аркаша всё это пробовал, но просто забыл. У него… Кратковременная потеря памяти, — пояснил Мишка.

— А-а-а, это бывает, — понимающе поджала губы Нина.

Перед ней приземлились вареные мешочки из теста, поджаренные кусочки мяса на полосах стали, заостренных с одной стороны. Также в красной тарелке желтела какая-то жижа, посыпанная мелко порубленной зеленью.

— А что у тебя? Как называется? — спросил я.

— Хинкали, шашлыки и харчо. Я привыкла есть это дома, вот и заказала сейчас. А что? Наши родители достаточно платят за эту академию, чтобы отказывать себе в чем-то. Вот только обычно я ем больше, а сейчас… Жмоты, зажали ещё две хинкали и супа налили с гулькин хрен, — проговорила Нина.