Наши посиделки за партией в шахматы стали традиционными по вечерам в кают-компании технического отдела. Сама игра как правило привлекала много зрителей, которые так же обыгрывали ходы в партии по средствам нейросети. Кто-то просто наблюдал и заключал пари на победителя. Мы с Куртом играли на равных, так что заранее выявить того, кто выиграет партию было трудно.

— С какой ты планеты Ник? — вдруг спросил Курт, делая очередной ход.

— С Калдана.

— Неужели? Из этого ада в заднице самих демонов пустоты? Это же планета-каторга.

— Вот и местные так же считали. А мне там нравится. Красиво, чисто, спокойно.

— Там же рядом граница с империей Галанте, я слышал, что недавно открыли короткий маршрут через туманность. Капитаны рейдеров тогда еще говорили, что путь через туманность, могут найти только полные психи.

— Или дворфы. Именно команда дворфов открыла новый маршрут. Один из них потом остался на Калдане, сказал, что больше в пустоту не полезет.

— За дворфов ничего не могу сказать, лично не встречался, да они и не жаждут, очень нелюдимый народ. А вот аграфы, те еще ублюдки, не раз приходилось сталкиваться. Вот ведь гнусные твари, желчные, пафосные, злопамятные.

— Не поддержу, Курт, у меня с ними совсем другие отношения сложились. А вот к аварцам у меня счет имеется, успели мне подгадить. Вот эти точно невменяемые.

— Да у каждого третьего жителя Содружества к этим скотам имеется свой счет.

— Неужели нельзя приструнить засранцев? Я конечно не сторонник, но порой массовый геноцид хороший повод задуматься о приоритетах в жизни. Они же ведут себя как паразиты. Если у аграфов хотя бы есть повод ощущать некоторое превосходство над остальными, то аварцы просто трутни, тунеядцы.

— Они так не считают. В их представлении все остальные созданы только для того чтобы обеспечивать их благополучие и комфорт. Считают себя в праве брать все что пожелают.

— Не уважаю таких людей. Если человек достоин чего-то, я сам ему отдам. А аварцы что-то не дают повода себя уважать. Бояться, да, но не уважать. Тебе кстати гарде.

Курт сделал вполне ожидаемый ход чтобы прикрыть ферзя, и открыть позицию на которую я тут же поставил ладью. В таком положении можно было избавиться от шаха только потеряв ферзя.

— Шах, — ставлю фигуру на позицию атаки.

— Сдаюсь, — тут же ответил Курт, укладывая на доску короля. — Тут без вариантов, загнал меня. Пойдем, прогуляемся Ник, а то что-то я засиделся.

— Пойдем, — согласился я, видя, что Курт хочет о чем-то поговорить без свидетелей, так сказать. — Составлю тебе компанию.

Мы оставили шахматную доску другим игрокам, а сами вышли в общий коридор и отправились в сторону жилых палуб.