Делаю глоток виски, горло обжигает. Закашливаюсь.
Развезло меня знатно. На старые-то дрожжи. Сразу после пресс-конференции сорвался, блять!
– Максим, послушай... – начинает эта предательница.
Не хочу её слушать. Я пришёл, чтобы сказать ей что всё! Пусть к чёрту идёт со своими статьями, расследованиями... Всё!
– Зат-кнись! – чеканю я, перебивая. – Ты вообще, что ли, без принципов, а? Даже у меня, блять, они есть. А ты... Потрахалась ради статьи. Охуеть не встать.
– Максим!
– Нет, ты будешь слушать меня! – рявкаю я, глядя ей в лицо.
Красивое. До одури красивое и... лживое.
– Ты пьян, Максим. Вряд ли меня услышишь сейчас.
– Пфф! Это ты меня должна слушать.
– Ничего я тебе не должна! – тычет в меня пальцем.
Ловлю её кисть, отвожу от себя. Но не отпускаю.
– Тебе хоть заплатили, а? Или ты альтруист, мм? Тебе скучно было? Что? Что тобой, блять, двигало?
– Наше с тобой прошлое! – выпаливает она.
– Какое, блять, прошлое? – морщусь я.
– Наше! Мы были знакомы шесть лет назад. Я была практиканткой в «Спортивном вестнике». Была на матче, потом на пресс-конференции. «Легион» против ЦСКА. 4:1. Я... Я задала тебе вопрос про ближний угол. Ты меня похвалил тогда...
В её глазах блестят слёзы, которые меня совсем не трогают сейчас.
– Я тебя похвалил, а ты меня вот так отблагодарила, да? Или... может, какой-то другой похвалы тогда ждала, а я не сообразил? – цинично ухмыляюсь я.
– Духов пригласил меня в «Шестёрки». Вы отмечали там всей командой...
Мы были в «Шестёрках» десятки раз. И рядом всегда тёрлись бабы. Блогерши, журналистки, эскортницы.
– Мы ушли с тобой оттуда вместе, – продолжает тараторить Варя. – Катались на яхте, потом приехали в твой номер в отеле... Максим, мне больно! – пищит она, пытаясь выдернуть руку.
Я и правда сдавил сильнее, чем нужно.
– Так я тебя трахнул, что ли? – цежу сквозь зубы. – Из-за этого всё? Ты мстила мне за секс многолетней давности?
– Мне больно...
Отпускаю её, и Варя отшатывается. Лицо её полыхает, в глазах и слёзы, и ярость.
– Ты не просто меня трахнул, Аварский! – она тоже цедит сквозь зубы, вперив злой взгляд мне в лицо. – Ты не предохранялся. Я забеременела. И потеряла ребёнка. И нет, я не мстила тебе. Меня Марков послал на это задание, а я лишь хотела посмотреть в глаза человеку, в которого когда-то влюбилась как дура, зная его всего несколько часов.
Я усмехаюсь.
– А ты театральный не заканчивала? Нет? Закончи. Получи новый диплом – и вперёд, на сцену в «Большой».
Лицо тут же обжигает пощёчина.
– Да пошёл ты, Аварский, – губы её дрожат. – Как был сволочью, так и остался.