— Он продался Скверне. Он осквернил сновидение моего отца, превратил его в это подобие Архангела, — зло сплюнул Эдей кровью. — Что у вас тут произошло? Кто смог распечатать вход в башню?

— Рас-пе-чатать? — медленно переспросил я.

Печать. Доступ к кристаллу есть только у законного правителя, которым был король-бог, а затем император, признанный застывшим во времени Архангелом. А Длань короля-бога — часть короля-бога.

А я Смерть. Перст указующий короля-бога. И я облажался.

Лестница действительно была длинной, я несся по ней со всей скорости. И до вершины я добрался очень быстро, но тем не менее, Эдей уже был наверху. Вернее, не Эдей.

— Есть два одинаковых сна в виде страшных псов, — произнес он, держа ладони на поверхности кристалла, который был действительно огромным и закрывал весь потолок. — Но один пес, это порождение кошмара, а другой осквернен. Как их отличить, Лаэр? Ах да, ты ведь пропустил это занятие.

Я закрыл глаза, сосредоточившись на внутреннем взоре. И тогда увидел потоки эфира. Кривые, угловатые, постоянно скачущие, меняющие направления. Это был хаос, заключенный в оболочку и каждую секунду пытающийся вырваться.

Вырваться, чтобы обратить все вокруг в свое подобие. Исказить, изуродовать по своему образу.

Я открыл глаза, а Архитектор уже убрал ладони с кристалла, который прямо на глазах начал чернеть и крошиться под собственным весом.

— Как? — обреченно спросил я. — Я осматривал тронный зал.

— Силой Смерти. Которая суть кошмар. А я, — он развел ладони в стороны, — король всех кошмаров.

— Но как ты вообще… Император. Он заключил с тобой сделку и для этого вытащил тебя к себе. Ты все это время был у нас под носом.

— И даже не особо скрывался, — кивнул Архитектор с лицом Эдея. — Моя скверна уже давно просочилась во все защищенные места. Оставалось самую малость — дождаться, когда кто-нибудь пустит меня в эту башню. И ты хорошо послужил мне, Лаэр. И еще послужишь, когда я приду, чтобы затопить весь мир.

Скверна. Это была лишь скверна, принявшая человеческий облик. А я еще после битвы в академии знал, что с ней надо делать.

Поток чистого эфира, без конструктов, образов и всего такого. Чистая сила ударила в тело Эдея и он начал плавиться прямо на глазах. Плавиться и смеяться. Я исчерпал источник до самого конца, выдавив из себя все до капли.

От скверны даже лужицы не осталось, но какой в этом смысл? Эдей и остальные поднялись наверх, но уже было поздно. Король-бог бросился к почерневшему кристаллу. Его руки засияли светом и он попытался изгнать скверну, но не вышло.

Стоило ему коснуться поверхности, как черный камень пошел трещинами и раскололся. Снаружи что-то громыхнуло, а затем еще и еще раз. Это обломки некогда великого кристалла падали вниз.