Я откинулся на спину, да так и продолжил лежать, разглядывая небо. Рядом на спину, смешно подогнув лапки, улегся Скай.
— Красивое, — произнес я.
— Да, отсюда хороший вид. А у клетки нет функции заткнуться?
— Тебе виднее, — усмехнулся я.
— Теперь понимаю, почему меня замуровали отдельной стеной. Он все еще не затыкается со своими страшными карами.
Я устроился поудобнее на сырой земле, закинул руки за голову и продолжил наблюдать за Врумом, что парил над нами. Из клетки действительно доносился булькающий голос, расписывающий конец мира, человечества и прочее, прочее, прочее.
Я мог на это ответить лишь одно.
— Ой, да пофигу.
Эпилог
— А почему ты не надел ту мантию, что я гладила половину ночи? — спросила Ева.
Женщины. Я закатил глаза.
— Или хотя бы тот плащ, что я тебе купила? Между прочим, из Лоремского шелка.
— Мне этот больше нравится, — погладил я сотню раз перештопанный плащ, местами рваный и в заплатах. — Да и ситуация располагает, символизм, все дела.
— Мужчины, — закатила глаза Ева.
Я незаметно ущипнул ее за попу, за что получил увесистый удар локтем под ребра. Зашелся кашлем, чуть ли не до кровавых слюней.
— Ой, да хорош, — усмехнулась довольная Ева и я тут же выпрямился. — Вот, король-бог вышел.
Эдей поднялся на главный подиум площади Мира. Народ почтительно замолчал. Король-бог начал приветственную речь, поздравил жителей с праздником мира. Кратко рассказал о тех жертвах, что пали год назад ради спасения всего живого на этом самом месте.
Его речь была вдохновляющей, хоть и пропитана нотками печали. Но это заметили лишь те, для кого этот день никогда не будет днем празднования. Это для памяти будущих поколений. Символ надежды и нового будущего.
Для тех, кто был там, эта дата навсегда останется днем траура.
Но тем не менее, речь подошла к концу и мы перешли к торжественному моменту. Гвардия стянула полотно и по толпе прошел шепот восхищения. Это действительно выглядело внушительно. Статуя Хоупа в масштабе десять к одному. Выполненная из белого камня.
Он стоял, словно живой. Стоял и улыбался, чуть прикрыв глаза. Таким мы запомнили его в последние секунды жизни мессии. В своей безрукавке с капюшоном, с руками в карманах и с улыбкой на лице.
Эдей снова заговорил о величии жертвы мессии и нашей ответственности перед ним. О победе добра над злом. Но я лишь усмехнулся, ведь для знающих это буквальные слова. Победа добра. Над. Злом.
Ведь лишь малая горстка людей знала, что статуя Хоупа стоит ровно над клетью Архитектора. А почетный караул элитных гвардейцев королевства, это не символ, а настоящая стража. Для всех прочих, Архитектор был уничтожен. Так оно… Спокойней, что ли.