— Разве? — деланно огляделся я. — А мне казалось, что тут полно народу.

Эдей уже хотел что-то сказать, как его внезапно прервал голос сверху.

— Если твое золото нельзя сожрать, то оно тут никому не нужно, — конопатая голова показалась в проломе второго этажа. — Если тебе нечего предложить, то лучше вали отсюда, бродяга.

— Почему же? — усмехнулся я. — Есть сухари, ветчина, немного сухофруктов, орехи, каша.

— Брешешь, — глаза в щели загорелись.

Я медленно достал полоску вяленого мяса и принялся жевать, глядя в голодные глаза пацаненка. А затем произнес серьезным голосом.

— Не советую, — дернул рукой так, чтобы из-под рукава показался браслет ловца. Тени вокруг мигом зашевелились. — Честная сделка. Немного еды в обмен на информацию.

— Я проведу, — заговорила куча тряпья в углу, и из нее показалась заросшая голова и вымазанное грязью лицо. — За половину всей еды, что в твоем мешке.

— Горсть орехов и сухарей, — произнес я. — Получишь полоску мяса, если ответишь на вопросы по пути.

— Идет, — жадно согласился парень. — Жратву вперед.

— Вперед могу тебе сапогом по рылу дать. Веди давай.

— Лаэр, — одернул меня Эдей.

— Не встревай.

Он явно не понимает, с кем мы сейчас разговариваем. Для нашего блаженного принца это лишь бедные голодные дети. Но если бы не мой браслет, то мы бы уже лежали с перерезанными глотками.

Это не делает детишек плохими. Только опасными, но этого уже достаточно.

Никогда не следует недооценивать маленькое юркое тело с заточкой в руке. Подрезать сухожилия, обойти жертву, короткий росчерк по сонной артерии. И вот ты уже ползаешь по грязной земле, а вокруг тебя мельтешат неуловимые тени, ожидая, пока ты подохнешь.

Интересно, откуда я это знаю? Похоже, у Неуязвимого было не самое хорошее детство.

Пацаненок двигался шустро, постоянно оглядываясь. Он носился, словно дикая кошка, обнюхивая углы, прислушиваясь к каждому шороху. Только такие тут и выживают. Интересно, как дела у брата с сестрой, которые помогали мне в тот раз. Сим и Абиэль, кажется.

Среди этой шушеры я их не заметил. Вроде как Сантор за ними присматривал, может они с ним.

Мы шли на выход из трущоб в сторону восточных ворот.

— Где сейчас Сантор? — спросил я провожатого, на что он лишь шикнул.

— Потом. Тут небезопасно. Скоро сами увидите.

Пацан вел нас безлюдными улицами, я даже местных попрошаек не встречал. Но и вонь тут была настолько липкой, что оседала на языке.

— Врум-врум, — проинформировал меня невидимый разведчик.

Я лишь молча кивнул. Так я и думал, пацан решил нас сдать местным солдатам. Ну пусть будет так.