Посетить Великую Библиотеку, что находится в башне вне реки времени. Погулять по другим мирам, посмотреть на их чудеса. Однажды Смерть была в мире-кристалле, где люди жили на гранях, площадью в десятки и сотни километров. Однажды даже заскочил в изначальный Вавилон, расположенный в мертвом мире. Но к тому моменту в городе душ не осталось ничего интересного, после того, как его покинул Безголовый бог.

Успел даже сразиться с огромным черным драконом, правда решил продемонстрировать противнику свои гениальные тактические навыки и отступил. Это были прекрасные времена, которые Смерть по-настоящему любил, пусть и не помнил о них. А вот убивать не любил. Нет в этом ничего интересного.

Ирония в том, что именно эта черта и являлась главной в глазах всех остальных жителей Эдеа. А где жители, там и их сны. Где сны — там эфир. Где эфир — там и сила.

Если бы пепельная маска — символ Смерти, была самостоятельным сновидением, то это было бы сновидение кошмара, несомненно. Скорей всего, это был бы сон о безысходности и неминуемости смерти.

В Большом Классификаторе Сновидений насчитывается порядка ста сорока семи сновидений, символизирующих смерть. И далеко не все из них являются кошмарами. Есть смерть обычная, символизирующая горечь потери или радость избавления. Есть смерть абсолютная, как армагеддон, конец света, большой коллапс. Есть даже Архитектор-смерть, который победил и захватил весь мир в снах путников.

Есть смерть хорошая, дарующая начало чему-то новому. Есть смерть естественная, как часть вечного цикла жизни, одна из ее форм, где энергия по небесному колесу перетекает из одной формы в другую.

А есть смерть внезапная, грубая, кошмарная, злая, которая приходит туда, где ее не ждешь и тогда, когда ее не желаешь. У нее множество форм и видов, великое многообразие вариаций, созданных благодаря изощренным человеческим умам, посвятившим не одно поколение на поиск все новых и новых орудий убийства.

Каким вариантом была бы пепельная маска, если бы была сновидением? Всеми сразу. Она была бы кошмаром, символизирующим неминуемость наказания. Она была преследователем, неотвратимо настигающим свою жертву. Это была бы хищная смерть.

Но самое страшное в ней, то, что внушает в путников самые яркие эмоции кошмара, это безнаказанность. Потому что все жители Эдеа знают — Смерть не была судьей. Она была приговором, который сама же и выносила. Смерть могла прийти в любой дом, забрать любую жизнь и никто бы не посмел ее остановить. Да и не стал бы.

На самом деле все было совсем не так. На самом деле Смерть очень редко могла кого-либо безнаказанно убить. Но истинное и рациональное положение вещей — удел яви. А в мире грез правят эмоции. Поэтому пепельную маску видели именно так. Абсолютным и безнаказанным кошмаром.