Единственные, кто пока не был толком припахан, оставались Земляничкины. Анатолию крайне не нравилась мать семейства. Упёртая женщина, для которой её собственное «Я» важнее, чем общее «Мы». Именно такие люди и разлагают маленькие общества, если не становятся во главе оных. К счастью, все её попытки расшатать лодку заключались в подбивании мужа на заявление о целесообразности более выгодного положения для их семейства, но Павел Анатольевич был мужиком не глупым и ещё в первый разговор с Анатолием, дал ясно знать, что в условиях бедствия, лучше будет ведомым, чем возьмёт на себя ответственность за целию группу. Ведь все шишки летят в лидера, если кто-то умер по его недосмотру. Именно поэтому сейчас Павел Анатольевич вместе с Сергеем занимался с картой, размечая интересные места. Оля же занималась тем, что ничего не делала и просто валялась на диване, слушая рассказы сидящей рядом мамы о том, как им все всё должны и что Анатолий Сергеевич, как военный, должен костьми лечь, но защитить их и предоставить им все блага. Его лидерство она уже не пыталась оспорить, видя, что большинство без вопросов выполняют его приказы. Попытка подбить женскую часть так же не удалась. Некого подбивать. Евгения Олеговна, спала, да и не пошла бы она против военного, Екатерина видела эту женщину на родительских собраниях. Эдакая мать двух раздолбаев, которая привыкла молчаливо сдавать взносы и ни о чём не запариваться. Её муж был сварщиком и имел золотые руки, однако жену свою частенько бил, воспитывая так называемую покорность, так что эта жертва уже не станет вставать против более сильного мужчины.
С Юлией Никитичной и разговаривать бесполезно, она жена Анатолия Сергеевича, так что тем более будет до талого снега топить за мужа и будет ему верна. По работе Екатерина сталкивалась с такими мамочками и потому даже не пыталась подкопать вояку с этой стороны. Ну а попытка хоть как-то поговорить с Анной Иоановной и вовсе привела к словесному унижению и издёвкам со стороны бабушки. Та ещё больше держалась за соседа, поскольку спокойный и сдержанный военный в начальниках для неё куда лучше, нежели какая-то левая девка, которую она и знать не знает. И это при том, что эта женщина пришла сама и даже не просила помощи. Просто заглянула на чай, да и осталась переночевать, решив, что её муж сам придёт её «спасать» и тоже останется. Обосновывала она это тем, что в этой крепости ей сам чёрт не страшен.
А к дачному пяточку тем временем уже подтянулась ударная группа заражённых. Кирилл Генадьевич приказал спешится ещё за полкилометра и потому в сектор они входили уже тихо, если тишиной можно назвать четыре сотни тел, время от времени рычащих и проламывающих кустарник. По-настоящему шёл только специальный взвод, но там и командир оказался не так прост. Даже находясь в полусознательном состоянии, сухонький мужичок помнил своё прошлое в развед-диверсионной группе и потому наставлял бойцов сразу на ходу, а те, как образцовые солдаты, схватывали всё на лету.