Генадьевич не знал, что ему делать дальше и как быть, в заражённых он разочаровался и потому просто бесцельно бродил по участку. В какой-то момент ему удалось услышать тихое поскребывание. Столь странный звук заинтересовал старика и тот направился посмотреть, что же такое происходит.

Источник звука находился в одной из камер предварительного заключения, где содержались выжившие.

— Тиха, кто-то идёт! — раздался негромкий женский возглас. Поскребывание прекратилось.

Мужчина приблизился к двери и аккуратно открыл небольшую створку, через которую передавали еду пленникам. В окошко было видно лишь часть камеры, которая предназначалась девушкам. Не меньшее двух десятков девочек в возрасте от двенадцати до двадцати пяти, сидели по нарам, с некой опаской поглядывая на пришедшего.

— Ой, — вдруг произнесла одна из них. Школьница лет шестнадцати на вид, в спортивной форме. — Кирилл Генадьевич⁈ Это вы⁈

Сказать, что это удивило старика, значит ничего не сказать. Его узнали, причём в весьма ушатанном состоянии. Левый глаз и часть виска превратились в месиво, всё лицо в грязи и крови, при этом кожа слегка посинела, а вены набухли.

— Какой-то твой знакомый? — негромко спросила сидящая рядом с ней девушка лет двадцати.

— Да, он был нашим учителем по ОБЖ! — тут же ответила школьница. — Кирилл Генадьевич, это я, Оля Земляничкина!

Тут мужчина наконец вспомнил одну из своих учениц. Весьма миленькую девчонку, которая не сказать, что была отличницей, но сохраняла спокойствие и ответственно подходила к выполнению заданий.

«Как же тебя сюда занесло, бедняжка» помысли старик и тут же удивился сам себе. Он ещё мог сострадать и сочувствовать другим, а значит, что-то от человека всё же в нём оставалось.

— Да брось, он теперь тоже такой как они, — отмахнулась её собеседница. — Он тебе кишки не выпустил, только потому что ему тот в халате приказал охранять нас.

— Да ну не, — не поверила Оля. — Кирилл Генадьевич был добрым учителем, он не станет нападать на нас, к тому же, он всегда помогал мне справиться с задачами. Я к нему в класс бегала прятаться от завучей, да и когда дежурила по коридору, старалась ближе к его кабинету держаться, там всегда было так спокойно. А ещё он каждую перемену заваривал чай, но сам не пил, нас угощал, с печеньками! Кирилл Генадьевич, вы же меня помните?

«Помню, Оленька, помню» Кирилл покачал головой, печально глядя на девочку.

— Это чё ща было⁈ — ошарашенно смотрела на него соседка Земляничкиной, да и сама Оля тоже сильно удивилась, впрочем как и все остальные, кто наблюдал за пришедшим к ним заражённым. — Это он чё, типа тебя понял? Ну ка поспрашивай его!