Первый вариант предполагал никакую прибыль, так что отпадал. Второй вариант напоминал слащавую сказку и тоже претил чуткой душе паладина смерти. Третий вариант был неплох, но конфликтовал с остатками совести Азраила.

— Совесть его заела… помогла она тебе, совесть эта? Молчишь…? Тьфу, бляха, уже сам с собой заговорил. Ладно, пошли, какаха горного гиганта, будем импровизировать. Непредсказуемость — лучшее качество творческого человека, ведь так⁈

Подчиняясь мысленным приказам мага, голем, словно ледокол, начал с хрустом проламываться сквозь колючие кусты, приминая их своим грузным телом. После этой живой горы глины было уже несложно перебраться на заброшенный торговый тракт. Когда обе фигуры вывалили на утоптанную грязь, называемую дорогой, их провожало сразу девять пар глаз, в том числе две из них принадлежали жертвам криминальных авторитетов локального сегмента королевства.

— Это чего тут за выпердыш? — фиолетовый мужик, испещрённый множеством шрамов и лишившийся одного из глаз, ради двух новых гостей даже оторвался от потрошения тюков, лежавших на захваченной повозке.

— Эй, пришелец! Вали подобру-поздорову по своим делам — нам щас не до тебя, — молодой боец, одетый в совершенно разномастные цветастые одежды с элементами доспехов, окликнул его, поигрывая клинком на плече. Его белозубая улыбка почему-то сильнее всего бесила Азраила.

— Ты там глухой что ли⁉ Съебись с глаз долой вместе со своим карликом! — ещё один из семи бандитов вышел на пару шагов вперёд, перехватив поудобнее маленький топорик.

Бандиты хоть и не были трусами, но люди в их понимании были крайне грозными противниками и обладали огромной военной мощью, так что даже безоружный на первый взгляд человек мог оказаться смертельно опасным. Именно поэтому сперва они не желали с ним связываться, покуда бой не станет неизбежным.

— Вы обижаете меня как артиста! Что это за приветствие великого меня⁈ А? Невежественные куски фиолетового говна, разве так встречают величайшего иллюзиониста современности⁈ — сложив руки на груди, паладин смерти принял наиболее важный вид из возможных. Правда его грязный и сильно израненный вид делал подобное поведение сродни дешёвой клоунаде.

— Ась? Ты что за муть тут развел? Вали давай, пока жив, иллюзионист! — главарь без глаза даже слез с повозки, а его подельники лишь непонимающе переглядывались.

Заметив растоптанный трупик недавно преследуемой им дичи, Азраил с неохотой включил бывший будущий обед в свой идиотский план.

— Я — артист-фокусник больших и малых сцен! Считайте, что вы попали на моё представление, так что покупайте билеты, — наглое заявление в ситуации, когда грабители, как им и положено, грабят и убивают, выглядело свежо и комично.