— Ты счастлив?
— Да, — сказал он. — И устал.
Он сел за стол, поел, выпил чай. За окном темнело, заводские трубы дымили.
А в Европе всё ещё шла война.
Глава 10 Тяжелый калибр
Ноябрь вступил в свои права. За окнами кабинета кружился первый снег, крупными хлопьями падая на заводские корпуса, на крыши бараков, на остывающую землю. Максим сидел за столом, перебирая в уме всё, что уже сделано. Танк Т-34–85 пошёл в серию. Противотанковое ружьё Рукавишникова доводили до ума. Прибор ночного видения Касаткина обещал стать прорывом. Связь Соколова и Лосева работала. «Катюши» Кравченко начинали выпускать серийно. Казалось бы, можно было выдохнуть.
Но Максим знал, что этого мало. Война, которая приближалась, требовала не только танков и пушек. Она требовала оружия, способного проламывать вражескую оборону, крушить доты и укрепления, подавлять огневые точки, которые невозможно было взять обычными средствами. Артиллерия это то, что было нужно. Но артиллерия буксируемая это медленно, неповоротливо, уязвимо. Нужна была самоходная артиллерия. Бронированная, подвижная, способная идти в боевых порядках пехоты и танков.
Максим закрыл глаза и вспомнил. В той войне, которую он знал, у советских войск была замечательная машина это СУ-122. Средняя самоходная артиллерийская установка на шасси Т-34, вооружённая 122-миллиметровой гаубицей М-30. Она появилась только в конце 1942 года, когда война уже шла два года. Если бы её создали раньше, если бы она была готова к 1941-му… сколько укреплений было бы сметено, сколько дотов разрушено, сколько жизней спасено!
Он открыл глаза, взял чистый лист бумаги и начал записывать то, что помнил. СУ-122 — 29,6 тонн, экипаж пять человек, 122-мм гаубица М-30С с боекомплектом 40 снарядов, броня 45 мм, скорость до 55 км/ч по шоссе. Всё это он знал наизусть. Но главное было не в цифрах. Главное было в том, кто создал эту машину и как она появилась на свет.
Он встал, прошёлся по кабинету. В памяти всплыли обрывки статей, книг, исторических хроник. В конце 1940 — начале 1941 года в СССР вновь подняли вопрос о создании аналога немецких штурмовых орудий StuG III. Немцы успешно использовали свои безбашенные САУ для поддержки пехоты, и советские военные теоретики не могли этого не замечать. Однако окончательного решения не было: строить ли безбашенную САУ, как у немцев, или «артиллерийский танк» по типу серийных БТ-7А. Начало войны положило конец этим спорам.
В 1941 году танковые войска РККА понесли катастрофические потери, а быстрое продвижение вермахта привело к захвату части советских производственных мощностей. Эвакуация заводов на Урал и в Сибирь позволила сохранить производство, но ожидать быстрого увеличения выпуска танков не приходилось. Государственный комитет обороны требовал упрощения и удешевления конструкции выпускаемых танков.