Для самого дерева не прошло даром наличие гниющей плоти у своих корней. Его ствол покрывали серые, вьющиеся полосы с круглыми, бардовыми образованиями, напоминавшими плесень. А на узловатых ветвях вместо сброшенной листвы, свисали рваные седые пряди с мелкими чёрными гроздями.

Я с трудом сдержал рвотный позыв, меня остановил лишь тот факт, что если я заблюю себе стекло изнутри, то никакие дворники с омывайкой мне не помогут.

Внимание с дерева тут же переключилось, когда по ту сторону окна прошёл здоровенный мужик в изорванной кофте. Судя по многочисленным укусам, черневшим на его теле следами от зубов, было видно, что мужчина при жизни яростно отбивался от наседавших на него заражённых, но спастись от вирусов или микробов ему было не суждено. Однако моё внимание привлёк тот факт, что в местах, где плоть был явно оторвана или съедена появились плотные, кожистые наросты грязно-жёлтого цвета, напоминавшие собой трутовик.

Глядя вперёд безучастным взглядом, он свернул, когда достиг угла здания и направился дальше. Я вздохнул спокойно, похвали себя за то, что вовремя выключил свет. Затем мой взгляд упал на вытоптанную тропинку на клумбах, что этот верзила проложил себе за всё то время, что он ходил вокруг этого дерева кругами.

— Бродяга? — едва слышно прошептал я. — Нет, это какая-то иная форма зараженного, похож на какой-то натоптыш на пятке. — я подметил, что его движения значительно разнились от тех бедолаг, что шоркали по району в поисках случайной жертвы. Этот верзила не выказывал ни малейшего намёка на сонливость или усталость, напротив, от одного него буквально веяло невероятной силой и какой-то собранностью. — Похоже это патрульный, вот он и топчется на месте! — я застыл на месте без движения, когда по той же тропинке прошёлся ещё один заражённый, ничем не уступавший в габаритах первому. Этот экземпляр так же имел на себе множественные следы и уродливые наросты на теле.

— Двое из ларца, блин! — прошипел я, пригибаясь. — В натуре Натоптыши какие-то! Как вернусь, нужно будет добавить этих упырей в БЕСТИАРИЙ!

Я понял, что меня спас от обнаружения лишь тот факт, что на улице было ещё достаточно темно и свет пока не забивал внутрь коридора.

Убедившись в том, что древо с омерзительной кучей у основания, охраняла лишь пара этих громил, я выждал момент, когда первый пройдёт мимо, после чего переключился в режим езды и быстро проехался по коридору, отсчитав два поворота слева. Остановившись возле двери, я прислонился к стене, выжидая, когда второй патрульный пройдёт мимо.