Прерывисто дыша я сжал сильнее руки, напрягся изо всех сил и когда расстояние между нами сократилось до нескольких метров, сделал мощный выпад, целясь точно в голову. Кремниевый наконечник со свистом рассек воздух и встретил на своём пути лишь пустоту!

Тётка с нечеловеческой скоростью смогла уклониться от удара. Отпрыгнув в сторону, она обежала меня по дуге и тут же предприняла вторую попытку атаковать. Сжав челюсть, я прижал копье плотнее к телу, решив подпустить эту пенсию на спидах ближе.

Ждать не пришлось. Уборщица тут же бросилась вперёд. Собрав яйца в кулак, я наблюдал за тем, как она быстро сокращала дистанцию. Когда между нами осталось около двух метров, я распрямился словно сжатая пружина, выставив копьё вперёд.

Наконечник наконец нашел свою цель и воткнулся точно в грудь женщины. Древко копья в этот момент послужило своеобразным камертоном. Я ощутил специфическую отдачу от острия, пробившего плоть, что воткнулся точно в позвоночник.

Мой удар остановил нападение ополоумевшей уборщицы, но нисколько не сбавил её яростного желания добраться до меня. Вопя и дергаясь, она размахивала руками с такой силой, что я едва смог удержать копьё. В какой-то момент я почувствовал как острие соскользнуло с позвонков и кремниевый наконечник с лёгкостью прошёл её тело насквозь. Древко с мерзким чавканьем резко углубилось на пол метра, прошив плоть и вот уже эта бешенная размахивала руками прямо перед моим лицом.

Собрав всю силу, на какую был способен, я оттолкнул женщину вбок. Потеряв равновесие она упала на пол, а у меня появилось несколько свободных секунд, которые я потратил на то, чтобы забрать у манекена первобытного человека ещё и дубину.

Палица представляла из себя увесистое полено, что было грубо обработанным корневищем молодого дерева и имело вполне приличный вес. Ухватившись покрепче, я поднял её обеими руками над собой и со всего маху опустил на голову пожилой женщины. Узловатый обрубок корня оказался крепче кости и с хрустом пробил ей череп, погрузившись глубоко в мозг. Уборщица тут же обмякла и безвольно свалилась на пол как марионетка с перерезанными нитями.

Тяжело дыша, я ошарашено смотрел на то, как под её телом на белом мраморном полу растекается чёрная лужа крови. К моему удивлению в голове сейчас у меня не было никаких панических мыслей. Не было и угрызений совести о содеянном. Вся моя концентрация была направлена в одну сторону — выжить.

Телефон снова зазвонил.

Я достал смартфон. На экране высветилось имя Танюха. Сердце забилось чаще, мне захотелось ответить, услышать знакомый голос, убедиться, что всё хорошо, но я понимал, что сейчас не самое удобное время. Сперва я должен позаботиться о себе. Какой прок будет от того, что я узнаю, что у них всё в порядке, если через минуту сдохну от того, что упустил драгоценное время. Как по мне, как бы парадоксально это не звучало, но иногда спасение себя любимого — это залог выживания остального коллектива. Именно поэтому я провёл пальцем по экрану, скинув звонок и оставив на нём кровавый след.