А вот личность Отца Народов из сорок первого года обременена отрицательными явлениями в достаточном количестве, ибо тяжкий труд строительства первого государства рабочих и крестьян во враждебном окружении внутри и вовне страны не прошел для товарища Сталина даром. Одних друзей и искренних союзников — Фрунзе, Дзержинского, Кирова — он на этом пути безвременно потерял. С другими, как с Серго Орджоникидзе, поссорился, а потом сжил их со свету. И в то же время люди, которым он верил и считал своими товарищами, раз за разом оказывались предателями и врагами страны и народа.

Особо это касалось руководителей советских спецслужб, от которых зависели жизнь и смерть Советского Союза. Ягода оказался врагом народа и был расстрелян. Сменивший его Ежов повторил путь предшественника и тоже был оформлен по первой категории. А ведь на руках этих двоих кровь множества честных советских людей, погибших только потому, что высшие руководители советских органов боролись не с контрреволюцией и врагами страны, а жаждали абсолютной власти, заключающейся в праве расстрелять любого гражданина СССР или иностранца по собственному выбору. И то же самое с военными. Бонапартистские замыслы Тухачевского и некоторых его подельников настолько перепугали добрейшего товарища Сталина, что тот, не имея возможности разобраться, кто есть кто, принялся глушить всех более-менее способных генералов, продвигая вперед всяческих придурков вроде Тимошенко. А то вдруг устроят в СССР военный переворот, чтобы свергнуть установленную Лениным власть партии и единолично править страной. Но когда началась война, оказалось, что самые жирные черти водятся внутри тех людей, на которых никто бы и не подумал: злокозненный Павлов, открывший немцам фронт в Белоруссии, командующий Прибалтийским ОВО генерал Кузнецов, Кирпонос, оказавшийся правой рукой Клоуна…

Собственно, в такой ситуации, когда чуть ли не каждодневно вскрываются заговоры среди военных, чекистов и партийных номенклатурщиков, у кого угодно чердак, свистя, отлетит в сторону. Но, по счастью, к тому моменту, когда выяснились самые драматические подробности нападения на СССР фашистской Германии, я уже наделил советского Вождя Истинным Взглядом, поэтому тот сам мог разобраться, кто из виновников поражений трус, кто предатель, кто бездарь, а кто просто неумеха, слишком быстро выросший от старшего лейтенанта до генерал-лейтенанта. Именно Истинный Взгляд стал причиной нашего взаимного доверия, ведь, инсталлируя Отцу Народов это заклинание, я прямо заявил, что мне нечего скрывать, и что для взаимного доверия он должен видеть меня таким, какой я есть. В результате Виссарионыч, который прежде не доверял никому, сейчас доверяет мне и своим Верным, а их количество растет как снежный ком. Теперь он знает, что элита армии — Шапошниковы, Василевские, Рокоссовские, Жуковы, Говоровы, Катуковы и прочие — все безоговорочно за него. Майор Здорный, переквалифицированный в комиссара государственной безопасности третьего ранга, свирепствует в наркомате Лаврентия Павловича, и оттуда уже вовсю сыплются мастера шитья заказных дел. Жить становится лучше, жить становится веселее. Вскоре в системе Советской власти останутся только Верные, истово преданные Вождю и его Идее, а все прочие нынешние управленцы будут либо удалены на почетную пенсию, либо вовсе распылены в прах.